Тэлли горько вздохнула.

— Выходит, мне повезло.

— Так они на самом деле существуют? — шепотом спросил Перис. — И они действительно выглядят не так, как надо? Ну, то есть они в самом деле некрасивые?

— Дело не в том, что они некрасивые, Перис. Но они вправду… — Тэлли посмотрела на него.

Он был великолепен, он слушал каждое ее слово. Было так чудесно сидеть с ним рядом, разговаривать с ним, прикасаться к нему, словно они и не разлучались. Она улыбнулась.

— Просто они не такие красивые, как ты.

Он рассмеялся.

— Ты должна рассказать мне все-все. Но только больше никому не рассказывай. Пока не надо. Все будут так заинтригованы. А как только ты похорошеешь, мы закатим грандиозную вечеринку.

Тэлли попыталась улыбнуться.

— Перис…

Понимаю, тебе, наверное, нельзя об этом говорить. Но как только ты пересечешь реку, ты только пару раз намекни насчет кое-кого-по-чрезвычайным-ну-вы-же-понимаете-чему, и ты станешь желанной гостьей на всех балах! Только меня не забывай брать с собой. — Он наклонился ближе к Тэлли. — Ходят даже такие слухи, будто тем, кто в детстве много безобразничал, потом достается самая крутая работа. Но что сейчас об этом думать. Сейчас самое главное, чтобы ты поскорее стала красоткой.

— Но Перис, — проговорила Тэлли. У нее тоскливо засосало под ложечкой. — Не думаю, что я…

— Тебе понравится, Тэлли. Быть красивым — лучше этого нет ничего на свете. И мне бы было намного чудеснее, если бы ты была там со мной.

— Я не могу.

Он удивленно сдвинул брови.

— Чего ты не можешь?

Тэлли заглянула Перису в глаза, сжала его руку.

— Понимаешь, они хотят, чтобы я проболталась про мою подругу. Одну девочку, с которой я очень подружилась. После того, как ты уехал.

— «Проболталась»? Только не говори, что речь о какой-то уродской шалости.

— В каком-то смысле.

— Ну так проболтайся. Наверняка ведь ничего такого…

Тэлли отвела взгляд.

— Это очень важно, Перис. Это не просто шалость. Я дала моей подруге клятву, что не выдам ее, сохраню ее тайну.

Перис прищурился и на мгновение вдруг стал похож на прежнего друга Тэлли — серьезного, задумчивого и даже немного грустного.

— Тэлли, мне ты тоже дала клятву.

Она сглотнула подступивший к горлу ком. В его глазах сверкали слезы.

— Ты обещала мне, что не натворишь никаких глупостей, Тэлли. Что скоро будешь со мной. Что мы вместе будем красивыми.

Она потрогала шрам на ладони. У Периса теперь такого шрама не было, а у нее остался. Он взял ее за руку.

— Лучшие друзья навек, Тэлли.

Она знала, что, если еще раз посмотрит в его глаза, все кончится. Один взгляд — и ее сопротивлению конец.

— Лучшие друзья навек? — переспросила она.

— Навек.

Она сделала глубокий вдох и решилась посмотреть Перису в глаза. Он был так печален, так беззащитен и раним… Так совершенен. Тэлли представила себя рядом с ним — себя, такую же красивую, с утра до ночи только разговаривающую, смеющуюся и развлекающуюся.

— Ты сдержишь свою клятву, Тэлли?

Тэлли задрожала — от отчаяния и облегчения. Наконец у нее появилось оправдание, она могла нарушить клятву, данную Шэй. Ведь Перису она поклялась раньше, до того как познакомилась с Шэй. Его она знала много лет, а Шэй — всего-то несколько месяцев.

И Перис был здесь, рядом, а не где-то в незнакомой глуши, и он смотрел на нее своими прекрасными глазами…

— Конечно.

— Правда?

Он улыбнулся, и его улыбка была подобна свету разгоравшегося за окном дня.

— Да. — Слово так легко слетело у Тэлли с губ. — Я окажусь в Нью-Красотауне так скоро, как только у меня получится. Клянусь.

Перис вздохнул и, крепко обняв ее, стал покачивать как маленькую. Она снова расплакалась.

Наконец Перис отпустил ее и посмотрел в окно. Занимался яркий солнечный день.

— Мне пора. — Он указал на дверь. — Ну… пока тут все эти… не проснулись.

— Конечно.

— Еще чуть-чуть — и я пропущу время, когда я обычно ложусь спать, а тебе предстоит трудный день.

Тэлли кивнула. Она еще никогда не чувствовала себя такой изможденной. Все мышцы у нее ныли, лицо и руки снова начало щипать. Но самым главным чувством было невероятное облегчение. Этот страшный сон начался три месяца назад, когда Перис перебрался за реку. И скоро он кончится.

— Хорошо, Перис. Скоро увидимся. Так скоро, как только получится.

Он снова обнял ее, расцеловал ее соленые от слез, исцарапанные щеки и прошептал:

— Может быть, это случится через пару дней. Я так волнуюсь!