Но прилив энергии быстро сгорал. Тэлли на ощупь открыла пакетик, выжала немного мыла на ладонь, нанесла на тело, на волосы. Оставалось еще разок нырнуть — и можно было выходить на берег.

Но, оглянувшись на берег, Тэлли поняла, что течением реки ее отнесло от стоянки. Сделав несколько гребков против течения, она пошла по дну к каменистому берегу.

Стоя по пояс в воде и дрожа от ветра, прикасающегося к мокрой коже, Тэлли услышала звук, от которого ее сердце замерло.

Что-то приближалось. Что-то большое.

В небе грохотало. Словно бы яростно и быстро бил гигантский барабан, и этот звук пытался забраться в голову и грудь Тэлли. Казалось, грохочет весь горизонт, и при каждом ударе поверхность воды в реке начинала мерцать.

Тэлли присела так, чтобы вода доходила до подбородка, и в это самое мгновение появилась машина.

Она двигалась со стороны гор, летела низко и поднимала с земли десятки отдельных смерчей. Машина размерами значительно превышала аэромобиль, а шумела в сотню раз громче. По всей видимости, она не была оборудована магнитами и держалась в воздухе благодаря наполовину невидимому диску, мерцающему на солнце.

Добравшись до реки, машина заложила вираж. По воде пошли круги, будто по поверхности скользил огромный камень. Тэлли разглядела в кабине машины людей. Они смотрели на ее стоянку. Поднятый машиной порыв ветра оторвал от земли разложенный для зарядки скайборд, но магниты попытались удержать его. В клубах пыли исчез рюкзак. Тэлли видела, как вертится в воздухе ее одежда, спальный мешок и пакетики со «СпагБолом».

Тэлли опустилась еще глубже в воду, напуганная мыслью о том, что останется здесь, голая и одинокая, лишенная всего, что у нее было. Она и так уже почти заледенела.

Но машина скользнула вперед — совсем как скайборд — и продолжила путь. Она направлялась к морю и исчезла так же быстро, как появилась, оставив звон в ушах у Тэлли и взбаламученную воду в реке.

Вся дрожа, Тэлли выбралась на берег. Тело у нее словно превратилось в ледышку, она с трудом могла сжать пальцы в кулак. Она добрела до стоянки, собрала с земли разбросанную одежду, прижала к себе и поспешно оделась, даже не дожидаясь, когда ее обсушат лучи заходящего солнца. Потом она села на землю и сидела, обхватив себя руками, до тех пор, пока дрожь не унялась. При этом каждые несколько секунд она с опаской поглядывала на залитый алым закатным светом горизонт.

Машина причинила не так много вреда, как боялась Тэлли. Огоньки режима работы скайборда светились зеленым светом, рюкзак запылился, но остался цел. Поискав разбросанные пакетики с едой, Тэлли обнаружила, что потеряно всего два. Вот только спальный мешок порвался. Его чем-то разрубило на куски.

Тэлли сглотнула подступивший к горлу ком. От мешка не осталось клочка крупнее носового платка. А что стало бы с ней, если бы она находилась здесь в то время, когда над стоянкой пролетала машина?

Она поскорее сложила скайборд и уложила все вещи в рюкзак. Скайборд был готов к вылету почти мгновенно. «Нет худа без добра, — подумала Тэлли. — Хотя бы эта гадская машина его отлично высушила».

— Огромное спасибо, — произнесла Тэлли вслух, встала на скайборд и наклонилась вперед.

Солнце садилось за горизонт. Ей хотелось как можно скорее оставить стоянку позади — мало ли, вдруг эти люди вздумают вернуться.

Но кто это были такие? Летающая машина оказалась в точности такой, какой ее себе представляла Тэлли, когда учителя в школе рассказывали о жутких изобретениях ржавников: переносной смерч, уничтожающий все на своем пути. Тэлли читала про эти летательные аппараты: они создавали вибрацию столь мощную, что в домах трескались стекла, когда такая машина пролетала мимо. Слышала она и про бронированные военные страшилища, способные проехать сквозь здание.

Но ржавников на свете давно не существовало. Какому дураку пришло бы в голову восстанавливать их безумные машины?

Тэлли летела в сгущающемся сумраке и пыталась высмотреть хоть какие-нибудь знаки, имеющие отношение к следующему намеку из записки Шэй — «Ту, что не любишь, выбирай через четыре дня». И еще она гадала, какие сюрпризы ей может преподнести наступающая ночь.

В одном сомнений не оставалось: она в этих краях не была одинока.

Позже этой ночью река раздвоилась.

Тэлли притормозила, остановилась и окинула взглядом слияние. Одна река явно была шире, вторая больше походила на широкий ручей. «Приток», — вспомнила Тэлли, так называют маленькую речку, впадающую в большую.

Может быть, ей стоило держаться над большой рекой. Но хотя от места последней загадки она ушла всего три дня назад, ее скайборд летел быстрее большинства других моделей. Может быть, уже настала пора для новой загадки.

— «Ту, что не любишь, выбирай через четыре дня», — пробормотала Тэлли.