"У меня крошечный домик, теперь же, когда в нем живут еще и корова с козлом, там совсем не стало места, я больше не могу так".

Мудрейший из мудрейших подумал, а потом сказал:

"У тебя есть цыплята?"

"Цыплята?"

"Вот именно, цыплята".

"Да, у меня есть цыплята".

"Посели их у себя в доме. Знаешь, пожалуй, если у тебя есть утки, лебеди и свиньи – возьми их к себе в дом тоже".

И несмотря на все мольбы, мудрец не сказал больше ни слова. Наш приятель вернулся домой и поселил у себя в домике цыплят. Его жизнь стала еще хуже, ее и жизнью-то назвать было нельзя. В малюсеньком домике больше не осталось места для самого хозяина. И он опять отправился к старику и сказал:

"Я больше не могу! В моем доме для меня больше нет места! Умоляю тебя, помоги мне!"

"Иди домой и выгони всех животных из дома", – посоветовал мудрец.

Вот и все, что он сказал. Бедняк бросился домой, выгнал всех животных... и как вы думаете, что он обнаружил? Его домик по-прежнему был очень маленьким. Но теперь в нем было полно дерьма!

Марль несколько минут не сводила глаз с Килгура. Ее предупреждали: следовало быть готовой ко всему. Однако...

– А какое все это имеет отношение к терпению?

– Ну, вы же дослушали до конца, разве не так?

Синд первой заметила грависани Килгура, которые мчались к ним по грязной скользкой дороге.

– Вот все и кончилось, – немного грустно промолвил Стэн.

– Да. Все равно уже пора возвращаться – мы выпили весь стрегг. Зато у нас осталось три баночки паштета, они лежат у меня в рюкзаке рядом с пустыми флягами. Вряд ли мы продержались бы еще неделю на том, что ты взял с собой.

– Ну, я ошибся. Этикетка выглядела вполне нормально. Ладно, не сердись – ведь именно я прихватил дополнительную выпивку.

– Это правда, считай, что я все забыла, но простить все равно не смогу, – сказала Синд. – Ну, а как мы объясним тот факт, что загорели в самых неожиданных местах – ведь мы же собирались лазать по горам.

– Скажем, что учились кататься на лыжах голышом. Только я им не советую спрашивать.

Неожиданно Стэн перестал улыбаться и сказал очень серьезно:

– Спасибо, Синд. Пять дней – жаль, что не в пять раз больше. Нам будет о чем вспомнить через несколько недель. Когда все... завертится. Потому что мы не должны забывать о том, что в жизни есть много хорошего, не только безумие и смерть.

Синд молча поцеловала его. Стэн крепко ее обнял.

И тут приземлились грависани, так что никому из них не пришлось сказать вслух о том, что это может никогда больше не повториться.

Они ожидали увидеть только Алекса. Однако рядом с ним на пассажирском сиденье с трудом умещалась Ида. Она стала еще толще, а яркое одеяние цыганки показалось Стэну очень дорогим. Очевидно, ее витса – семья-банда – еще не окончательно лишилась рассудка, и Ида по-прежнему оставалась там главарем – воеводой.

Несмотря на габариты, Ида выбралась из грависаней так же легко и уверенно, как много лет назад, когда входила в состав спецотряда "Богомолов", была гораздо моложе и весила на несколько десятков килограммов меньше. Естественно, она не стала рассыпаться перед Стэном в комплиментах, как, впрочем, и перед Килгуром за несколько часов до этого.

– Ты просто пышешь здоровьем – отвратительно! – только и сказала она. Потом принялась внимательно разглядывать Синд. – Значит, так...

– Ида, – вмешался Стэн, – с каких ото пор ты вмешиваешься в мою личную жизнь?

– С незапамятных времен, идиот. Только ты был настолько глуп, что этого не понимал.

– Она в порядке, – высказала свое мнение Ида. – Хороший товарищ. Мужчина не должен спать один. Как, впрочем, и женщина.

– Наша коровушка стала сентиментальной, – прокомментировал Килгур. – Всю дорогу приставала ко мне и щипала за ляжки.

Ида только фыркнула в ответ на дешевые обвинения Килгура.

– Сейчас не до приветствий, – проворчала она. – Может быть, все-таки уйдем с этого кретинского снега туда, где можно погреться у огня и что-нибудь выпить?

Они быстро забрались в грависани и полетели в замок Ото, где остановился Стэн. Ида, которая и не подумала предложить Стэну сесть впереди, повернулась и посмотрела на него.

– Ну, похоже, настало время покончить со всеми этими глупостями, да и с Императором заодно?

– Я вижу, ты не собираешься ходить вокруг да около, – усмехнулся Стэн.

– Всему приходит конец. Цыгане и раньше с трудом это терпели – законы, границы, владения, а потом еще и войны, вечно устраиваемые кретином, который назвался Императором. Свободе нельзя служить, создавая законы и заборы. Империя нас перестала устраивать задолго до того, как рехнулся ваш ублюдок на Прайме. Мы обсуждали эти проблемы на племенных сборах. Возможно, для цыган пришло время выступить.