Что же теперь? Куда идти?

У меня дрожали ноги, когда я осторожно выходил из-за занавеса. И вдруг услышал: пинг… пинг.

Что это за звуки?

Я обернулся и увидел громадное насекомое, что-то вроде гигантского слепня, бившееся об оконное стекло.

Пинг… пинг…

Бешено махая крыльями, насекомое своим черным телом стремилось к солнцу… Напрасная потеря времени! Оно никогда не проникнет через стекло таким образом.

Пинг… пинг…

Я смотрел, как большое насекомое снова и снова пытается выбраться за окно.

Идея! Может быть, мне удастся убежать, воспользовавшись окном?

Я бросился через коридор, отогнал жужжащее насекомое рукой и залез на подоконник.

Окно было двойное, с ручкой на каждой раме.

Я посмотрел наружу, на большой, поросший травой двор. Пусто. Его охраняла только высокая гранитная статуя, изображавшая какое-то крылатое существо. Никаких охранников.

Прекрасно!

Я схватился руками за обе ручки. И потянул. Рамы оказались тяжелее, чем я думал. Они не поддались.

Я вцепился в ручки что было мочи и потянул сильнее.

Пожалуйста, откройтесь, — молил я, — пожалуйста… пожалуйста…

И вот окна начали открываться, громко скрипя.

Я открыл окно настолько, чтобы можно было выбраться во двор.

Меня овеял теплый свежий воздух.

Я вылез на подоконник и приготовился прыгнуть. Но тут же почувствовал, как чьи-то крепкие руки схватили меня за плечи.

— Аай! — вырвался у меня испуганный крик. Руки сжали меня сильнее и потянули назад. Я обернулся и увидел двух суровых охранников.

— Генералу Рамиру это не понравится, — сказал, нахмурясь, один из них.

— Идем с нами, — потянул меня его напарник и с усмешкой добавил: — ваше превосходительство.

Охранники повели меня вниз. По мраморным ступеням мы спустились на один лестничный пролет. Прошли через несколько залов для переговоров, уставленных длинными столами из красного дерева. Потом — через библиотеку, где книжные шкафы занимали все стены под самый потолок, а посередине стоял большой стол. Далее — через кухню, где повара в белом деловито готовили ленч. Повсюду стоял запах жареного лука.

Мы свернули за угол и вошли в какую-то маленькую комнату. Я увидел, что стены увешаны географическими картами. Многие из них, как я догадался, представляли страну Джезекию и ее окрестности в подробном масштабе.

Некоторые карты были утыканы булавками с красными и синими головками, на других начерчены красными и синими чернилами какие-то линии и круги.

В глубине комнаты за письменным столом восседал генерал Рамир. Перед ним лежала большая развернутая карта. Он что-то говорил про себя, водя по ней пальцем.

Однако когда охранники ввели меня в комнату, он быстро поднял голову

— Майкл? — удивленно спросил генерал.

— Он пытался убежать из дворца через окно, — доложил один из охранников.

Генерал Рамир посмотрел на меня сузившимися глазами.

— Убежать? — переспросил он охранников. — Он хотел убежать?

— Точно. Через окно, выходящее на восточную сторону, — отрапортовал охранник.

Генерал Рамир искоса взглянул на меня, нахмурив светлые брови.

— Оставьте нас, — приказал он стражам, сделав отстраняющий жест обеими руками. — Подождите за дверью.

Охранники, чеканя шаг, повернулись, вышли и закрыли за собой дверь.

Генерал Рамир смотрел на меня, постукивая по разложенной перед ним карте пальцем, на котором блестело кольцо с зеленым камнем.

Я неловко переминался с ноги на ногу посередине комнаты, сжимая и разжимая кулаки. Сердце сильно стучало, словно внутри меня бился тот большой слепень, который пытался вылететь в окно.

— Ты знал, что дворец строго охраняется? — наконец спросил генерал.

— Ну да, знал, — пробормотал я хриплым от волнения голосом.

— И все-таки попытался убежать через окно?

— Да, — признался я. — Пытался.

Его зловещий смех так напугал меня, что я даже подпрыгнул на месте.

— Вот такую храбрость мы и ожидали увидеть в нашем правителе, — заявил вдруг генерал как ни в чем не бывало.

Он вышел из-за стола, сильно похлопал меня по спине. Потом так крепко пожал мне руку, что у меня хрустнули костяшки пальцев.

— Я знал, что ты правильный мальчик, Майкл. — Он широко улыбнулся, его белые зубы блеснули, отражая свет ламп, горевших на потолке. — Правитель государства Джезекия должен обладать безрассудной смелостью.