Хорошо бы Фингин был рядом. Но в теле молодого друида сайман уже слишком слаб. Он больше не может ей помочь. Он не может идти с ней туда, куда она идет. Она надеялась только, что Фингин сможет помочь Эрвану. Потому что она тоже чувствовала, как сайман покидает ее. Пламя становится меньше.

Я успею тебя найти. Маольмордха. Я найду тебя раньше…

Трибуны продолжали качаться у нее за спиной. Тени танцевали. Росли. Вот она дошла до противоположного края. Вошла в узкий проход, двинулась по нему, не открывая глаз. Она пытается найти его. Но его все еще нет.

Я придумаю, как тебя найти, Маольмордха.

Бездыханное тело Эрвана лежало посреди арены. Его раскинутые руки увязли в песке, лицо уткнулось в землю. Он не шевелился. Трое друзей смотрели на него и не могли поверить.

Мьолльн первым бросился к нему, повинуясь безотчетному порыву. Размахивая Кадхелом, он испустил клич и ринулся на беловолосого рыцаря. Он мчался изо всех сил, вспоминая все уроки, которые успели ему дать Эрван и Галиад. Бить точно, заставать врасплох, уворачиваться. Слиться с собственным оружием, ввериться чутью, стать неуловимым. Но где гному одолеть такого противника! Не успел он ударить, а уже рухнул как подкошенный, сраженный огромным топором воина Шанха.

Брызнула кровь, Мьолльн покатился по песку и замер. Удары Ультана отличались небывалой мощью. Он обладал нечеловеческой силой, которую увеличивал вес топора.

Кейтлин в ужасе бросилась гному на помощь. Но рыцарь уже двинулся на нее.

Фингин увидел, как рыцарь поднимает топор. Его сердце замерло. Нельзя дать врагу напасть на юную актрису. Друид собрал последние капли саймана. Упав на колени, он черпал силы из недр земли. Крохотный огонек еще теплился в нем. Ничтожная искра во мраке его души. Но ее должно хватить. По крайней мере, на последний удар.

Закрыв глаза, друид вытянул руки вперед и медленно пустил силу саймана по телу. Спешить было нельзя. Нельзя толкать ее. Не дергать слишком резко, не то связь оборвется. Раздуть пламя. Он быстро открыл глаза, протянул руку в сторону воина и выбросил последний сгусток силы. Свое последнее пламя.

Алеа внезапно остановилась в конце длинного темного коридора. Проход заканчивался выдолбленной в камне лестницей, которая поднималась над ареной. Он был здесь. Совсем близко. Наконец-то.

Ты здесь.

На верхней ступени.

В мире Джар. И в мире людей. Ты молча наблюдаешь за битвой сверху. Ты все еще следишь за мной, Маольмордха.

Она покачнулась. Слишком много уходит сил. Прислонившись к каменной стене, она попыталась собраться с силами.

Я могла бы войти в Джар целиком.

Но она хотела видеть его лицо. Здесь. Лицо, данное ему Гаэлией. Она покачала головой, чтобы прогнать дурноту, потом направилась к лестнице, которая вела к небольшому залу наверху. Шаг за шагом она поднималась по ступенькам в ложу, где неподвижно сидел Носитель Темного пламени.

Да, мне страшно. Но я чувствую и твою тревогу. Ты не знаешь, удастся ли тебе меня победить, ведь так?

Лестница повернула. Алеа шла, держась за стену справа, двигаясь осторожно, как слепая, доверяя осязанию и чутью. Наконец она добралась до верхней ступеньки.

И вот она увидела его. Прямо перед собой. Маольмордха, Владыка Горгунов, Хозяин Герилимов. Принесший столько смертей. Фелим, Галиад, Фейт… Волки. Тот, кто следил за ней так долго в мире Джар. Он был здесь. Рядом с ней. Ужасающе настоящий. Ужасающе похожий на человека.

Она медленно приближалась к высокой фигуре. Воздух здесь казался обжигающим. Большая, могучая фигура Отступника вырисовывалась в полоске света с маленького балкона, нависавшего над ареной. Матово-черные латы облегали мускулистое тело, его кожа была лишь живой плотью.

Алеа разглядела его глаза.

Посмотри на меня.

Красные, мерцают под черным шлемом.

Я — Дочь Земли.

Воин чертога Шанха рухнул на землю, сраженный сайманом.

От грохота его доспехов Эрван очнулся. Его живой ум быстро оценил положение. Мьолльн лежал на земле. Рядом Кейтлин пыталась привести его в чувство. Фингин только что свалился сам. Он исчерпал все силы в своем последнем ударе.

А неподалеку Ультан вот-вот встанет на ноги.

Эрван глянул в другую сторону. Там лежал Бантраль. Только протяни руку. Он схватил меч, повернулся на бок и, опираясь на длинный клинок, с трудом встал. Голова все еще гудела, кровь из раны на голове залепляла веко.