Потом развернула кресло-качалку и увидела его. Кровь была даже под его зелеными глазами. Она прижала пальцы к губам.
– Не стрелять, – сказал он.
Но от движения руки ворот ее платья разошелся, и он, в изумлении, не сводя глаз, глядел на ее широкий белый лоб, ее испуганные глаза и рот и – затем вниз – на цветы ее платья. От движений руки платье плясало на свету. Она сидела перед ним вся усыпанная цветами.
– Сон, – сказал сумасшедший. И, опустившись на колени, положил ей на колени свою вконец замороченную голову.
