— Магический что?

— Ну перестаньте же кривляться! — негодующе воскликнул высокий. — В конце разговора вы вступили с оппонентом в магический поединок, произнеся заклятие Безвыходности!

Батюшки! Это ж когда я этого гада к чертям послал!

— Возмутительно и против всяких правил! — поддакнул бурят. — Во-первых, — он загнул большой палец, — внезапно, без вызова на поединок. Спровоцированный вами соперник ответил заклинанием Неблагоприятных Стечений Обстоятельств. А во-вторых, — он загнул большой палец на левой руке, — магические поединки проводятся только в специально созданных для этого Вселенных.

Что мне было говорить? Что я не знал, что это магический поединок? Но ведь, как сказал бы мой друг и по совместительству инженер-физик Глебушка, даже из самых общих соображений ясно, что хамить по телефону — некрасиво.

— И вот, — беспощадно закончил высокий, — цивилизация Бхундхиандри бесследно исчезает, там, по-видимому, куда вы их послали. У вас же — никаких Неблагоприятных Стечений.

Меня осенило.

— Стоп, то есть как — никаких? Да я неделю назад соседку залил! Труба лопнула, потоп! Они на меня в суд подали!

Они как застынут! Долго стояли, истуканы-истуканами. Я, если б мне не так страшно было, мог бы даже руками их потрогать.

Очнулись, слава богу.

— А чем вам угрожает суд? — спрашивает высокий.

Ну, меня и понесло. Понял — врать надо напропалую.

— Всем угрожает. Они крутые, соседи мои, могут и крупного штрафу отсудить, а у меня денег мафиш, могут даже — в тюрьму упрятать или квартиру отберут! А это хуже тюрьмы, лучше пусть сразу сажают!

Что я еще им такого говорил, какую дуру гнал — не помню. Помню только, кивали они очень даже сочувственно и смотрели все проникновенней и проникновенней. А когда я выдохся, говорят:

— Вот какой вы, оказывается, отчаянный, индивид! Что же вы тогда бланк подписывали? Мы ваше заявление аннулируем.

Достает бурят-калмык снова этот ненормальный пластиковый бланк, высокий снова дышит, трет его рукавом и говорит:

— Подписывайте. Дело ваше теперь в Арбитраж пойдет.

— И что? — спрашиваю.

— Это уж как водится, — отвечает он непонятно. — Теперь если санкции введут, то без предупреждения, но во всяком случае не ранее тридцати стандартов спустя сегодня.

В общем, подписал я, и ушли они восвояси. Долго ли это ждать — тридцать их стандартов, я спросить как-то постеснялся. Неловко стало, что на задворках цивилизации мы. Не хотелось признаваться, вот теперь и мучаюсь.

А вообще я уже третий день у соседки ремонт делаю. Добровольно. Ведь если бы не она…

Существует множество определений научной фантастики как направления литературы вообще и фантастической — в частности. Все они так или иначе неполны, поэтому мы не будем останавливаться на них подробно, а попытаемся вычленить главное, что отличает произведения НФ от «собратьев по цеху».

Чтобы понять суть НФ, достаточно всего лишь рассмотреть аудиторию ее поклонников. Основной потребитель НФ во все времена — это ученые-естественники, ИТР, студенты соответствующих профильных вузов и, как ни странно, высококвалифицированные рабочие (в советское время занятые все больше в сфере «оборонки»). А почему — они? Очень просто. Навскидку приведем несколько характерных тем НФ: тайны Мироздания, возникновение и эволюция Вселенной и разума во Вселенной, пределы человеческого познания, пути развития цивилизации и конец истории, изменение человеческой природы и человеческого сознания, фундаментальные научные открытия и прорывные технологии, наука и этика… Иными словами, НФ имеет депо с общенаучными, общефилософскими и общечеловеческими проблемами. Эти проблемы она решает (или по крайней мере ставит) в художественной (а иногда и высокохудожественной) форме.

Очень важно понять, что человек, которого эти темы глубоко, по-настоящему, на экзистенциальном уровне не волнуют, не сможет не только стать, скажем, крупным ученым, но и ученым вообще, не сможет успешно заниматься научной и инженерно-технической деятельностью.

Можно добавить, вспомнив определение Г. Бенфорда, что НФ — это фантастика, пронизанная не столько научной проблематикой, сколько атмосферой научной деятельности. Это верно, но не всегда и лишь отчасти, например, в целом нефантастический роман В. Рыбакова «Звезда Полынь» вполне под это определение подпадает.

Из сказанного следуют два важных вывода.

Во-первых, НФ существует только в рамках научного мировоззрения.

Во-вторых, НФ интересует человек не как представитель данного социума (страны, национальности, города Н., семьи и школы и т. д.), но как представитель вида homo sapiens; при этом условии в рамках НФ можно ставить самые «предельные» этические и моральные проблемы. Заметим в скобках: не потому ли так часто фантасты, особенно когда речь идет о современности, переносят действие в некую абстрактную страну («Гадкие лебеди» А. и Б. Стругацких — пример самый банальный), чтобы поговорить о проблемах глобальных, не сковывая себя «конкретно-историческими» реалиями?