– Башня! Я – Демон-двадцать два! Ой… Циклопы!!! – взвыл в общем канале женский голос. И через долю секунды затараторил: – Беру под контроль! Всех! Денис! Не мешай!!!

– Демон-двадцать два! Я – Большой Демон! – прикинув направление, в котором у них будет шанс уйти, заорал я, отправил на все шесть их машин пакет с необходимой информацией и чуть-чуть скорректировал курс своей 'Карусели'. Так, чтобы перепрыгнуть в каверну, ведущую не к выходу из 'Тумана', а наискосок к ней – поближе к ребятам, оказавшимся слишком близко к Циклопам.

– Вик! Не глупи – мне не хватит полей для прикрытия ухода!!! – тут же раздался вопль Иры в персональном канале.

– Попробую подхватить их машины – эмиттеры-то у них целы… – рявкнул в ответ я.

– БК-ашка не потянет больше двадцати машин! Ты подберешь максимум двоих!!!

– Возьму сколько смогу… А тех, кого не удержу, отправлю вперед… – буркнул я и отключился…

…Сначала мне казалось, что подобрать удастся всех. Но к моменту, когда я смог дотянуться до БК-ашки ближайших к нам 'Кречетов', Циклопы последовательно срезали четверых. И, двигаясь за двумя остающимися целыми машинами, готовились к пуску торпед. Ира, забрав контроль над щитами обреченных истребителей, довольно шустро порезала все преследующие их БЧ, а потом, закрыв ими заднюю полусферу до предела потрепанной 'Карусели', начала материться…

– Большой Демон! Я – Лидер-шесть! Иду навстречу! – услышав рык Железного Ридли, я кинул взгляд на тактический экран и заметил, что обе части вражеской эскадры дали тягу на движки:

– Давайте… В точке встречи вы должны стоять в 'Тумане'…

– Принято… – отозвался Ридли, и машины Шестого флота двинулись нам навстречу…

…Не успел посадочный стол ремонтного дока подать мой 'Кречет' на стапель, как я оказался снаружи, и, используя двигатель скафандра, полетел к висящему рядом с машиной Иришки истребителю Второй Очереди. В котором билась в истерике потерявшая обоих ведомых Екатерина Бойко. И параллельно орал Семенову:

– Впихни в машины своего звена ребят Вильямс и дуй за новыми 'Кречетами', понял?

– Угу. Упаду через минуту… – отозвался Игорь, и тут же взвыл: – Гарри! Элен! Яшка! Ну, что тупите? Бросайте нафиг свои лоханки и прыгайте к нам! Быстрее!!!

Вломившись в истерзанный 'Кречет' Бойко, я упал в кресло второго пилота, и, забрав управление, кинул корабль к атмосфере. Одновременно стараясь вкатить Кате предельно допустимую дозу транквилизаторов: судя по показаниям ее медблока, состояние ее психики медленно приближалось к критическому.

– 'Посейдон'! Я – Большой Демон! Ну, вы там что, заснули?! – отработав весь комплекс подсказанных ее БК-ашкой процедур, заорал я. И, услышав голос дежурного офицера корабля, кинул ему телеметрию со 'Стража' Бойко: – Сяду через минуту десять. Бригаду реанимации – к машине! Немедленно!

– Есть. Будет… – отозвался он и тут же врубил баззер боевой тревоги…

– Большой Демон! Нужна ваша помощь… – вклинился в разговор генерал Роммель. – Шестой флот увяз…

– Четыре минуты, сэр! Подойдут два звена… – ответил я, увидев вспышки стартующих с космодрома резервных 'Кречетов'. Еще через десять приведу третье…

– Принято… Ждем…

…Сдав потерявшую сознание Бойко на руки врачам, я развернулся на месте и чуть не сбил с ног оказавшегося за моей спиной лейтенанта Барни Формана.

– Как она, сэр? – мысленно поинтересовался он.

– Плохо. Останешься здесь и присмотришь… – приказал я.

– Я должен отомстить… – сорвав с головы шлем, заорал он. – Они убили четверых моих друзей!!!

– Нет. Ты остаешься на космодроме! – глядя на красное от бешенства лицо парня, повторил я. – У тебя нет корабля. Нет звена. Ты не прошел тестов. Не тренировался. И еще не готов…

– Мне плевать на ваши тесты! Я слышал, что есть резервные 'Кречеты'. Один заберу я…

– Я сказал – остаешься тут!

– Нет! – набычившись, он повернулся ко мне спиной, и… потерял сознание от моего удара в затылок.

– У него истерика… – посмотрев на ошарашено глядящего на меня вахтенного, буркнул я. – Немедленно уложите в стазис. И не выводите до моего возвращения. Вопросы?

– Вопросов нет, сэр!

– Вот и отлично…

…Машины звена Семенова были похожи на все, что угодно, кроме истребителей – оплавленные, иссеченные обломками обтекатели, покореженные оружейные пилоны и проломленные бронеплиты. Запрыгивая в люк ближайшего к 'Посейдону' резервного 'Кречета', я попытался представить себе состояние своего истребителя и вдруг понял, что не слышу в общем канале голосов своих напарниц.

– Ириш! Вы где? – начиная предполетные процедуры, поинтересовался я.

– Ждем твоей команды на взлет… – мертвым голосом отозвалась Орлова. – В соседних с твоим 'Кречетах'.

– Что у тебя с голосом? – уже в ее персональном канале спросил я.

– Потом, ладно? – чуть не плача, буркнула она. И, видимо, почувствовав, что я начинаю волноваться, скороговоркой добавила: – Я в норме! Правда! Просто… если бы ты послушался меня, то мы потеряли бы не четверых, а обе тройки. Всех шестерых без исключения… В общем, я чувствую себя последней скотиной…