Шрифт:
– Старик будет молчать,– уверенно произнес император, а потом повернулся к Джаю,– Ты ручаешься за эльфа?
– Да,– коротко ответил тот.
– Хорошо, тогда возвращайся к себе.
"И не выходи из своей комнаты",– мысленно продолжил молодой лорд. Император и его брат были действительно во многом похожи.
Юноша поклонился им обоим и побрел назад в сторону своих новых покоев. Лар и Либиус шли за ним.
Джаю понадобилось полчаса, чтобы немного прийти в себя. А первым доказательством его "возвращения к жизни" стал насмешливый голос Либиуса, раздающийся в его голове (постепенно он уже начинал к этому привыкать)
– Ну, как там наш милорд?– спросил старик, ужасно довольный тем, что его, наконец, выпустили из заточения, и он смог компенсировать пропущенный обед.
Эльф задумался на мгновение:– Расстроен, растерян,– перечислил он, а потом добавил,– а теперь злится.
Джай просто вылетел из спальни к ним в прихожую.– Так ты тоже можешь читать меня?– спросил он.
– Только общее настроение,– ответил эльф, и растерянно посмотрел на него. Как если бы Джай задал очень глупый вопрос.
– Как бы он выполнял приказы, если бы вообще ничего не слышал?– хмыкнул старик и указал на стоявший на столе поднос.– Я тут ужин раздобыл, милорд. Так мы только вас и ждали.
Отказываться было глупо, тем более что есть очень хотелось, и юноша только кивнул в ответ.
Так отвратительно начавшийся день, продолжение которого было еще хуже, заканчивался, в общем-то, неплохо. Либиусу достался прекрасный ужин, Лара ожидал шикарный диван, на котором он мог разместиться с удобством, и только Джай лежал на своей кровати и смотрел в потолок, размышляя о том, что ему делать со свалившейся на него Империей, пока не провалился в сон.
На следующий день молодой лорд проснулся поздно и с мыслью, что жизнь во дворце плохо на него влияет, и он начинает превращаться в лежебоку. Впрочем, он с удовольствием сбежал бы отсюда не только из-за этого.
Сидеть в комнате и дальше было невыносимо. А тут еще Либиус снова начал ворчать, и Джай отправил его к герцогу ар-Сантару за обещанными деньгами, а заодно приказал выяснить, где сейчас находится Исидий. Он же обещал привести к нему Лара. В остальном, юноша попросту не знал, чем себя занять. В замке его день всегда был заполнен до отказа так, что к вечеру он просто валился с ног от усталости. Частые поездки по поручениям отца, тренировки с мастером Гаем, занятия с мастером Риамом, и еще огромное количество дел, не оставляли ему ни одной свободной минуты.
Теперь свободного времени было предостаточно, и юноша понимал, что нужно срочно чем-то заняться. Потому что если от вынужденного безделья он снова начнет думать, то опять сорвется на кого-нибудь.
Либиус вернулся через полчаса с деньгами и известием, что Исидий ожидает их у себя после полудня.
– Сейчас он занят,– закончил свой рассказ старик, а потом, глядя на погрустневшего Джая, добавил.– Вы бы прогулялись, милорд. Я как раз друга вашего видел, младшего ар-Тана, когда мимо белой галереи проходил.
Юноша с сомнением посмотрел на Лара. Ему не хотелось тащить эльфа за собой, а император просил не выпускать его из виду. Но тут вмешался Либиус.
– Да, никто вашего эльфа не узнает, он же под маской.
– Барус узнал,– ответил молодой лорд.
– На то он и высший маг,– пожал плечами старик,– так этих высших на весь дворец всего двое: советник и целительница, и оба его уже видели.
Как и обещал Либиус, Джай нашел Дерена в белой галерее. Юноше нравилось это место: мозаичный пол, белоснежные мраморные колонны, поддерживающие сводчатый потолок. Отсюда открывался прекрасный вид на один из внутренних садиков. Слуги появлялись здесь очень редко, а придворные практически никогда. Поэтому юноше было очень интересно, что здесь забыл Дерен ар-Тан, чья одинокая фигура маячила возле одной из колонн. Первые несколько мгновений он с удивлением рассматривал своего бывшего врага, ставшего лучшим другом. Дерен изменился за прошедшие два года – еще больше вытянулся (теперь он был почти на голову выше Джая), стал шире в плечах. Внешне он очень походил на своего отца, но юноша знал, что Дерен никогда не станет политиком. Для этого он был слишком прямолинеен и непреклонен, слишком любил говорить правду в глаза, из-за чего часто попадал в неприятности. Судя по выражению лица младшего ар-Тана, сейчас был как раз такой случай. Дерен никогда не умел скрывать эмоции, и, похоже, за прошедшие два года так этому и не научился. Наверное, он почувствовал взгляд Джая, потому что сразу же обернулся. Но сердитое выражение на его лице мгновенно сменилось широкой улыбкой, как только Дерен его узнал. Если юноша и изменился за последние пару лет, то не намного. К тому же, кто еще из придворных стал бы носить такую прическу, как у младшего сына герцога ар-Сантара?– Джай, как я рад тебя видеть,– сказал Дерен.
– Здравствуй, Дерен,– ответил Джай, а потом кивком указал на меч на поясе друга.– Я смотрю, здесь ничего не меняется.
Вообще-то, представители древних родов имели официальное право носить оружие во дворце (какая-то традиция подтверждала это), но считалось дурным тоном пользоваться этой привилегией помимо официальных приемов. Так что если Дерен решил взять с собой меч, это означало, что у него действительно были неприятности.
– Небольшое недоразумение,– отмахнулся младший ар-Тан, рассматривая Джая, потом он с интересом взглянул на стоявшего чуть в стороне Лара,– А ты как здесь оказался?
– Тоже что-то вроде того,– уклончиво ответил молодой лорд.
Он не знал, что можно рассказать Дерену, а что нет, и стоило ли рассказывать вообще. Поэтому был благодарен другу за то, что тот не задал больше ни одного вопроса, ограничившись только внимательным и сочувствующим взглядом. Дерен уважал чужие тайны. К тому же, не смотря на все свое простодушие, глупостью он никогда не страдал. Поэтому, предпочел сменить тему.
– Сколько мы уже не виделись?
– Два года,– ответил Джай.– Я уехал после празднования дня рождения наследника.