Джай резко выдохнул, стараясь подавить волну глухого раздражения. Выжить после встречи с Кэр Тавар, не сгореть в пламени Сейн Ашаль, с такими трудностями добраться до Итиль Шер – и все это только для того, чтобы умерить от рук таких же аштари. И хотя Сиг был все еще жив, судя по его состоянию, мучиться ему осталось недолго.

– Что здесь произошло?

– Вчера пришло сообщение, что рэм Триан ранен. Что с тобой – было не известно. А тут еще мальчишки устроили драку,– степняк кивнул на заметно покрасневшего Мааюна,– их удалось разнять. Но все были уже на взводе, и слово за слово разгорелся спор уже между воинами. В итоге – Имара зацепило и Сиг был ранен.

– Его осмотрел шаман?

– Нет,– покачал головой Лиам,– мы больше не члены отряда.

Джай еще раз оглядел свой маленький отряд, думая, где найти целителя для Сига. Выбор у него был небольшой. Вопрос нужно было решать немедленно – Сиг был очень плох.

– Как зовут того, кто командует лагерем в отсутствие Триана?– спросил он.

– Интар,– хмуро ответил степняк, а потом начал,– рэм…

Но договорить он не успел, потому что Джай поднял руку, заставляя его замолчать. Он был слишком раздражен, чтобы выслушивать нравоучения. И хотя злился юноша вовсе не на Лиама, не проследившего за воинами, и даже не на Мааюна, который был зачинщиком драки. Его раздражали все степняки вместе взятые. За то, что жили по каким-то дурацким законам, придуманным несколько тысячелетий назад. За то, что так мало ценили и свою, и чужую жизнь. За то, что в последнее время ему слишком часто приходилось разбираться с чужими проблемами, и все окружающие только и норовили ему добавить новых забот. Наверное, было в этот момент в его лице что-то такое, из-за чего Лиам мгновенно замолчал. А остальные стали поглядывать на Джая с опаской (кроме Зима, к которому уже вернулась его привычная невозмутимость).

Велев всем оставаться возле шатра, юноша развернулся и направился к тому месту, где он разговаривал с воином-аштари. Лар неслышной тенью следовал за ним, привычно отставая на шаг.

Их возращения ожидали. Иначе разговаривавший с ним степняк не стоял бы на том же месте и смотрел бы на Джая с таким превосходством.

– Я хочу поговорить с Интаром,– произнес молодой лорд (и в его голосе не было даже намека на просьбу).

– Не думаю, что его стоит беспокоить,– насмешливо протянул степняк. Он словно специально старался вывести юношу из себя. И это ему прекрасно удавалось (учитывая, что тот и так был на взводе, даже стараться не пришлось).

– Это не просьба,– сказал Джай.

Он почти физически ощутил, как Лар за его спиной напрягся (похоже, их разговор со степняком привлек внимание других аштари). Но сейчас молодой лорд не имел права отступать.

– Или мне напомнить тебе о твоих обязанностях, воин?– спросил он.

То ли степняку нужен был всего лишь удобный повод, то ли его слова оказались действительно оскорбительными для аштари. Но воин разозлился.

– Мальчишка, ты забываешь, с кем разговариваешь,– начал он, и его рука сомкнулась на рукояти меча.

Но договорить степняк попросту не успел. Потому что Джай плавно скользнул вперед, и мгновение послушно растянулось для него в долгий предолгий вздох.

Наверное, посторонние наблюдатели даже не заметили его движения. Только что он стоял в нескольких шагах от степняка. А уже через мгновение оказался к нему вплотную. Мало того, один из его гайнов остановился у его горла. Достаточно близко, чтобы тот почувствовал холод металла.

– Это ты забываешь, с кем разговариваешь,– хмуро произнес Джай.

Не то, чтобы он был настолько зол, чтобы потерять над собой контроль и начать размахивать гайнами. Мало того, сам юноша считал свое поведение далеко не самым умным в сложившейся ситуации. Все-таки он находился в лагере, в котором было не меньше тысячи подготовленных воинов. Но здесь и сейчас он просто не мог поступить по-другому. Находясь в Хаганате, он был вынужден следовать законам и традициям народа степи. А согласно этим традициям рэм не должен был терпеть оскорбления, тем более от воина. Как и внук хагана обязан был указать аштари на его место. Юноша ограничился тем, что заставил степняка замолчать.

Воин действительно замолчал (с мечом у горла не поразговариваешь). Как это ни странно, но он вовсе не выглядел испуганным. Разве что опасливо покосился на замерший возле его горла клинок. А еще на стоявшего в стороне Лара. Эльф не обнажал своего оружия. Но по напряженной позе, было понятно, что он был готов сделать это в любой момент.

– Может быть, все-таки поговорим?– спросил он.

Услышав его слова, аштари едва заметно улыбнулся, а потом опустил веки (ни ответить, ни кивнуть он не мог из-за застывшего возле его горла гайна). И юноша убрал клинок.

– Так зачем тебе нужен Интар?– поинтересовался степняк, потирая шею (наверное, чтобы убедиться, что его голова все еще была на своем месте).

– Один из моих воинов ранен. Я хочу, чтобы его осмотрел ваш шаман,– ответил Джай.

– Только это?

– Да,– кивнул молодой лорд (с недоумением подумав о том, что еще ожидал услышать от него степняк). Но уже через мгновение он получил ответ на свой вопрос.

– И тебя не интересует, кто в этом виноват?– уточнил степняк.

– Нет,– ответил Джай.