— Что? — для верности я оглянулась. За спиной никто рожи не корчил и рожки мне не ставил. — На мне цветы выросли?

— Нет, узоры появились, — пошутил Эол. От грусти не осталась и следа.

— А если серьёзно?

— Извини, — некромант опустил взгляд.

Вот как русские ведьмы на иноземных магов смерти действуют.

— Пошли отсюда, что ли, — предложил Теллуриэль. — А то мне от этих костей жутко делается.

Все согласно кивнули и принялись оглядываться в поисках выхода. Но вот незадача — выхода не видать. Даже намёка на него. Только горы золота да каменные стены. И кости на полу. От перспективы остаться здесь надолго по спине пробежали мурашки.

— Вошедшие сюда уже никогда не покинут этого места! — эхом разнеслось по пещере. Все дружно вздрогнули. Вермерх испуганно заржал и встал на дыбы, натянув повод. Я буквально повисла на кожаном ремне, который по глупости намотала на руку. Из седельной сумки донёсся дикий вой боевого ведьминского кота. Как бы ещё не вырвался, дурачок эдакий.

Вермерха с трудом удалось уговорить опуститься на все четыре ноги. Жеребец мог стоять на двух часами, а мне совершенно не улыбалось провисеть всё это время на поводе, едва касаясь носками пола. Уговаривали всем миром. Вермерх откровенно млел от такого внимания к своей скромной персоне, но упорно не желал опускаться, с явным удовольствием выслушивая комплименты по поводу своей красоты, ума и вообще. И только когда словарный запас уговаривавших иссяк, жеребец соизволил встать, как положено нормальной лошади — на четыре ноги. Я облегчённо выдохнула и быстро освободила руку от повода, пока мутанту не взбрело в голову вновь подняться на дыбы.

Обозлённая на всех и вся, кроме своих "спасителей", я оглядела пещеру и, не найдя причину беспокойства Вермерха, высказалась в пустоту:

— Тот, кто напугал мою лошадь… — тут я задумалась. Ругаться не хотелось, а более цензурного слова, чем "м***к" у меня не находилось. Пришлось прибегнуть к банальностям.

— Кто напугал мою лошадь, тот редиска!

Мои попутчики расхохотались. Печально. Я ведь вовсе не на такую реакцию окружающих рассчитывала. Однако своего я добилась: пред очи мои явилось нечто полупрозрачное, человекоподобное и жутко разобиженное. Вермерх предпринял новую попытку испугаться, но потерпел неудачу — я изо всех сил дёрнула за повод. Жеребец пребольно получил по носу ремнём недоуздка и успокоился.

Привидение шмыгнуло носом.

— Сударыня, ну зачем вы так? Я же не хотел вашу лошадь пугать. Я просто…просто… В общем, просто. Но я не редиска! — из полупрозрачных глаз хлынули призрачные слёзы.

Некромант, эльф и принц стояли, как громом поражённые, и глазели на рыдающего призрака. А тот и не думал униматься, завывая всё громче и громче. Первым не выдержал Юка в седельной сумке. Кот бесшумно спрыгнул на пол и принялся тереться о ноги привидения. Не знаю, как ему это удалось, но призрак перестал лить слёзы, опустился на колени и провёл рукой по чёрной пушистой спинке. Юка довольно замурчал.

— А разве он чувствует прикосновение? — шёпотом поинтересовался Теллуриэль у меня.

Я пожала плечами. Я не Юка, не знаю, чувствует он что-нибудь, или нет. Может он для виду мурлычет, кто их, этих котов, разберёт? Однако призрак, судя по всему, общением с пушистиком остался доволен. Поднявшись с колен, он поправил сюртук и устремил гордый взор на нашу честную компанию. Вообще, привидение нам попалось какое-то интересное. Плачет не по делу, обижается, котов гладит. Да ещё и виду весьма и весьма интеллигентного. Где, позвольте узнать, цепи, которыми оно должно греметь? Где рваные одеяния? Где встрёпанные волосы? Призрак был одет в вполне цивильный костюм, с бабочкой на шее, пострижен аккуратно, не слишком коротко, но и не так, чтобы можно было собрать хвост, с усами и маленькой бородкой… Будь он человеком, то женщины бы на нём гроздьями висели. Наверное. От характера зависит.

Призрак откашлялся.

— Вошедшие сюда уже никогда не покинут этого места! — повторил он загробным голосом.

— Не, правда, что ли? — искренне удивилась я.

Призрак опешил.

— Ну, вы хотя бы порыдайте для приличия, поумоляйте, что ли. А то никто, вот никто не рыдал, не падал на колени, не рвал на себе волосы, раскаиваясь, что сюда явился…

— А эти? — Теллуриэль указал себе под ноги.

— Это рабы и их охрана. Те, кто принёс сюда всё богатство, которое вы сейчас имеете честь лицезреть, — призрак широким жестом указал на сокровища.

Надо же, их, оказывается, кто-то принёс. А я-то было грешным делом подумала, что они сами выросли… И много же было рабов и надсмотрщиков, раз тут такой коврик из них выложился. Интересно, отчего они все скончались? В любом случае разделить их участь мне не хотелось бы. Ни под каким предлогом. Уж лучше смерть в неравном бою, чем такое вот бесславное тление в богом забытой пещере. Да ещё и со странным привидением.

— А вы сами-то кем будете? — спохватился Эол. Вовремя, однако.

— О, а я не представился?

— Нет.

— Ах, простите, простите, друзья мои. Ну, пойдёмте, пойдёмте. А то знакомиться, стоя на скелетах, согласитесь, не очень приятно, может испортить всё представление о человеке или нечеловеке. Пройдёмте же, — призрак посторонился, открыв нашему изумлённому взору узенькую дорожку между двумя золотыми насыпями, полностью лишённую хрустящего и щёлкающего ковра.

Первым, не говоря ничего, в указанном призраком направлении двинулся Теллуриэль. Он среди нас, похоже, самый решительный. Или самый бесшабашный. Ибо неизвестно, куда это полупрозрачное нечто нам путь указывает. Может в уютный уголок, а может и в сам Ад. И все это прекрасно понимали. Все, кроме, видимо, Теллуриэля.