В гробовом молчании мы последовали за принцем. Я замыкала шествие, ведя Вермерха в поводу. Жеребец не проявлял никаких признаков беспокойства, а значит максимум, чего можно было бояться — ещё одного доброжелательно настроенного привидения.

Но не нашлось и этого. Короткий путь по неширокой очищенной от золота дорожке — и мы попали в небольшой закуток, освещённый тремя факелами. Ну, небольшой — это неправильно сказано. Здесь спокойно могли бы поместиться мы вместе с Вермерхом, наёмники со своими скакунами, да ещё и место бы осталось. Просто после огромной сокровищницы этот каменный мешок показался мне крохотным.

Однако, несмотря ни на что, здесь оказалось довольно уютно. На полу постелены шкуры каких-то животных вперемешку с разного рода тряпками. И откуда такое великолепие здесь взялось? Неужто призрак приволок? Я оглядела полупрозрачную субстанцию. Да нет, насколько мне известно, привидения не могут взять в руки что-либо материальное. Хотя кто их знает? Может, это не совсем правильное привидение. Цепями не гремит, по башням не скитается, не завывает, одето вполне прилично…

— Кстати, господин…призрак, — обратилась я к привидению.

— Да Всеволод меня зовут, Всеволод. Лисицын Всеволод Гаврилович.

— Лисицын? — ахнула я. Насколько мне припоминается моё фамильное древо, которое в виде замагиченного гобелена висит у меня над диваном, где-то в моих прапрапрадедушках водился такой господин. А хотя нет, это скорее всего его полный тёзка. Ибо этот прапрапрадедушка бесследно исчез и никто не знает, что с ним произошло.

— Да. А что вас, сударыня, удивляет? — поинтересовался призрак, вдоволь налюбовавшись моей перекошенной физиономией.

— Просто она тоже Лисицына, — встрял Теллуриэль, игриво подмигнув мне.

Я исподтишка продемонстрировала поганцу кулак. И плевать мне, что он особа королевской крови. Таких бить, скорее всего, одно удовольствие, они ведь не сопротивляются. Наверное. Хотя не знаю, не пробовала. А стоило бы, так, для общего развития.

Теллуриэль, видимо, уловил ход моих мыслей и заметно побледнел.

— О, правда? — обрадовался призрак. — Вы Лисицына?

Я обречённо кивнула.

— Так это же судьба! Это было написано в пророчестве! О, чудо! — призрак закружился по комнате, словно попал в воронку торнадо. Вермерх вновь предпринял попытку испугаться, но незамедлительно получил по носу.

— Стойте, стойте, господин…ммм…призрак…

— О, Всеволод! Просто Всеволод! И садитесь, друзья мои! О, какое счастье!

Мы удивлённо переглянулись. Эринэль выразительно покрутил пальцем у виска. Нет, ну почему же сразу блаженный? Может, он просто вне себя от радости. Однако предложение призрака мы приняли и опустились на шкуры, усевшись в кружок. Вермерх подогнул все четыре ноги и улегся за моей спиной. Призрак, которого теперь приходилось называть не иначе, как Всеволодом, прекратил кружиться по закутку и втиснулся, насколько это было возможно, между Эолом и Эринэлем.

— Итак, я могу всё же задать вам, Всеволод, несколько вопросов? — начала я как можно более официально. Однако по выражениям лиц окружающих стало ясно, что попытка состроить из себя умную женщину не удалась и придётся стать самой собой — очень умной ведьмой.

Всеволод активно закивал, да так, что я даже испугалась за сохранность его шейных позвонков. И только несколько секунд спустя сообразила, что привидению эта досадная травма никак не помешает жить, пардон, существовать и радоваться своему существованию.

— Это очень и очень хорошо, — заключила я, расценив жест как положительный ответ. — Тогда объясните, что за пророчество?

— Ну, слушайте, — Всеволод глубоко вздохнул, приготовился к долгим пространным объяснениям и только произнёс первые несколько звуков, как его перебил Теллуриэль:

— Только пожалуйста, покороче и попонятнее, хорошо? — и пояснил, обращаясь к нам, — Древние пророчества часто бывают на редкость запутанными.

— А это как раз такое, — подтвердил Всеволод.

— Тогда сам текст, я думаю, можно опустить, вы нам трактовку поведайте.

Призрак тяжело вздохнул. И понятно, почему. Только-только появилась возможность поболтать с живыми людьми, а не с самим собой, и её тут же отобрали. Бедняга, сколько же лет он прожил здесь, совсем один, без общества? Видимо много. Так и свихнуться недолго.

— Хорошо, как скажете. В общих чертах говорится в пророчестве следующее: кто выкрал камень, тот его вернёт. Это вам о чём-нибудь говорит?

Все дружно замотали головами. Все, кроме Теллуриэля. Полуэльф задумчиво поскрёб сначала подбородок, затем макушку, затем снял повязку и почесал ухо, но так ничего путного и не начесал. Разве что грязь с кожи счистил, да и то не во всех местах.