Примерно на середине пути от стола к окну я припала к полу и оттолкнулась от него настолько сильно, насколько было способно лисье тело. Уже в полёте я выставила передние лапы и зажмурилась, чтобы не поранить глаза и нос. Однако удара и звона стекла не последовало. Земля встретила жёстко, я проехалась на животе несколько метров, оставляя глубокие борозды в газоне.

— Бежим отсюда! — меня подхватили, закинули на плечо и куда-то потащили, периодически сетуя, что мне не мешало бы сбросить килограмм десять или хотя бы постричься. На втором плече Джука висела связка колбасы.

Ну вот, Вермерх, а ты говорил, ему верить нельзя.

"Признаюсь, я ошибался".

Со стороны дома донёсся грозный вопль и горестный стон. А ведь пса я так и не распутала…

Через некоторое время Джук остановился передохнуть. С его сапог ручьям стекала мутная вода дорожной колеи. Когда убегаешь от обозлённых селян, нет особого времени на выбор пути. Джук не стал исключением из этого правила. Буквально перелетев через забор и едва не потеряв при этом меня, он кинулся прочь от дома старосты, почти по колено утопая в глубоких лужах. Бежал он долго, я даже успела задремать, стараясь не обращать внимания на тряску и в принципе неудобное положение моего тела на плече Джука.

Уже окончательно оклемавшуюся за время беготни меня скинули на жёсткую землю. Туда же полетела колбаса. Ну и зачем, спрашивается, пачкать ценный продукт? Колбаса была бережно поднята.

— Здесь отсидимся, — выдохнул Джук, плюхаясь рядом и выхватывая у меня из лап мясное изделие. Я не возражала, ибо была сыта. Пусть и мальчик перекусит, нам до столицы долго идти. Наверное.

— Здесь? — я огляделась.

Огромное помещение, вызывающее у меня ассоциации только с амбаром или гаражом для сельскохозяйственной техники, по мнению Джука, прекрасно подходило для прячущихся начинающих воришек. Как бы не так. Приличных размеров дыры в крыше, сквозь которые в амбар проникал лунный свет, в некоторых местах буквально разваливавшиеся стены, покосившиеся входные ворота и прогнившие столбы навели меня на совершенно противоположные мысли. В одном конце помещения была накидана куча гнилой соломы, отовсюду раздавался мышиный писк и топот маленьких лапок по дощатому полу и под ним. А запах… Такого впечатляюще жуткого сочетания гнили, мышиного помёта и запаха свиней я ещё нигде не встречала. И, чтобы не потерять нюх, закрыла нос лапой.

— А ты уверен, что здесь нас не найдут? — поинтересовалась я у активно расправляющегося с колбасой Джука.

Парень прекратил жевать и задумался. Я, пользуясь моментом, резко клацнула челюстями в сторону колбасы и дёрнула на себя. Удачно: солидный кусок мясного изделия остался у меня в зубах и был мгновенно проглочен. Джук обиделся.

— Не найдут, я далеко ушёл, — буркнул он и отвернулся, пряча остатки колбасы.

Да, знаю, что я наглая.

"Ничего, ты вон сколько сделала, а он бездельничал!" — успокоил мою совесть Вермерх.

Не скажи, он меня на себе притащил сюда.

"А далеко ли?" — жеребец усмехнулся.

"Знаешь что, Вермерх, — вмешался в диалог Юка. — Сколько протащил — неважно, главное, что вообще взялся! Если б он сбежал сам, тогда его можно было осудить. Но так ни у тебя, ни у меня, ни у Алисанды нет на это ни малейшего права".

А хорошо Юка сказал, я аж заслушалась.

"Нашла кого слушать, помоечного кошака непонятной расцветки и с очень резким и противным запахом шерсти", — фыркнул Вермерх.

"А сам-то, сам тоже не розами благоухаешь! — воскликнул Юка. — Да и я, между прочим, вовсе не помоечный, а самый породистый ведьминский кот! Ещё моя прапра…бабушка жила у сельской ведьмы! И, между прочим, у Шунской!"

Моей предшественницы, что ли?

"Мамы жены Всеволода, пойдёт такое определение?" — уточнил кот.

Да, спасибо.

"Итак, вернёмся к нашим деревяшкам, тьфу, баранам… Ой, ну… В общем, все поняли, — поспешил сменить тему Вермерх, пока мы с Юком не залезли в дебри моей родословной. — Ты, лиса, спроси у этого Джука, далеко ли наше "укрытие" от деревни".

Первая умная мысль за последние полчаса.

"Неправда! Были ещё!" — обиделся жеребец.

Правда.

Вермерх надулся и исчез в глубине сознания. В голове стало свободнее.

— Джук! — позвала я.

Парень не повернулся. Ишь ты, обидчивый какой.

— Ну извини, пожалуйста, — вздохнула я, прекрасно понимая, что именно этого от меня и требовалось. Снизойти до извинений. Пожалуйста, как пожелаете. Только потом пеняйте на себя, я таких унижений не прощаю.

Джук соизволил повернуться и критически оглядел меня.

— Извиняю, — кивнул он после недолгого молчания. — Что ты хотела-то?

— Далеко это…этот…ну, в общем наше так называемое укрытие? В смысле, далеко от деревни?

— Ну, как тебе сказать… — замялся парень.

— Как есть.

— Амбар этот на отшибе, в стороне от дороги, да ещё я, пока до него добрался, несколько раз через лужи перебирался. Через глубокие, между прочим. Вон, в сапоги воды зачерпнул, — Джук разул одну ногу и перевернул сапог. Из него потекла вода. Джук потряс сапог и вновь надел на ногу. Со вторым проделал то же самое.