— Да, Повелитель, — узрев гнев дракона, Кишер сник.

Повелитель, удостоверившись, что новых выпадов не намечается, снова обратился ко мне.

— Знач-чит ты должна быть в людском городе, в столице, — заключил он.

— Знаю! — я подскочила на месте от радости. Наконец-то догадался! — И я туда шла! Пока не наткнулась на него, — я указала лапой на изумрудного. Дракоша совсем сник.

— Хор-рош-шо, ты будеш-шь там. Но позж-же.

С этими словами Повелитель указал на выход. Два серых дракона и Кишер, откланявшись, покинули помещение.

Я вздохнула свободнее. Чёрт меня дёрнул залезть на камень, оказавшийся драконом. Надо было обежать. А теперь приходится иметь дело сразу с несколькими крылатыми ящерами, некоторые из которых настроены крайне недоброжелательно.

Повелитель медленно приблизился к изумрудному дракоше и критически оглядел его. Палевый (на поверку оказавшийся драконихой) последовал его примеру. Они были вдвое крупнее моего друга, и не такие изящные. Дракониха была менее неуклюжей на вид, нежели Повелитель, ростом чуть меньше и держалась скромнее.

— Ну ш-што, Линфер-р, потр-репала тебя с-свободная ж-жизнь? — поинтересовался Повелитель.

Изумрудный дракоша не ответил, а только лишь ниже опустил голову, раскаиваясь в чём-то.

— Прости меня, отец, — буркнул он после короткой паузы.

Странно, но шипящий акцент, как у других драконов, у него отсутствовал, говор был чёткий и понятный, что не могло не радовать. Не знаю, как остальных, а меня точно.

— Маленький ты какой-то, — скривился Повелитель. — Или мне каж-жется?

— Нет, отец, я действительно позор, маленький позор нашего клана, — вздохнул Линфер.

— Нич-чего, вер-рнеш-шь с-себе добр-рое имя! — Повелитель похлопал сына по спине.

Линфер кашлянул, из пасти вырвался пахучий чёрный дым. Запах был хорошо мне знаком с сегодняшнего утра. Покуривает дракончик.

Повелитель обладал, по-видимому, не худшим нюхом, нежели у лисы.

— А ну-ка дыхни, позор-рищ-ще!

Линфер зажал рот лапой и замотал головой в знак протеста.

Тут в разборки встряла палевая дракониха.

— С-сын, отец с-сказал, ты долж-жен с-сделать!

Линфер тяжело вздохнул и убрал лапу ото рта. Повелитель нахмурился. Линфер набрал в лёгкие побольше воздуха и выдохнул. Огонь, вырвавшийся из бездонной драконьей глотки, подпалил любопытный нос Повелителя. Дракон с рёвом отскочил в сторону, потирая переносицу.

— Кто тебе кур-рить позволял!? — взревел разгневанный отец.

Линфер откашлялся. Густой чёрный дым поднялся к потолку и закрыл светлячков. В пещере мгновенно потемнело. На пол один за другим, угасая, начали падать небольшие шарики. С последним упавшим исчезло и освещение. Мораль: даже магические светлячки не выносят запаха драконьего курева.

— Ну вот, — в темноте сверкнула искра и загорелось ровное пламя.

Повелитель поднял объятый огнём коготь к глазам и, немного подумав, взглядом поджёг и второй. Тьма немного рассеялась.

— Я тебя с-спраш-шиваю, — Повелитель угрожающе поднёс пылающие когти к носу Линфера. — Тебе кто кур-рить р-разр-реш-шал?

Линфер судорожно сглотнул.

— Ну не надо ж-же с ним так ж-жес-стоко! — вновь вклинилась палевая дракониха.

— Уйди, не до тебя с-сейч-час! — отмахнулся Повелитель.

— Отец… — пролепетал Линфер.

— Позор-рищ-ще! Позор-р наш-шего клана! Его изгоняют, он возвр-ращ-щаетс-ся обкур-ренный!

— Отец… — вновь попытался вставить слово Линфер.

— Да ещ-щё и с лис-сицой! Позор-рищ-ще! Глаза мои тебя больш-ше не увидят! Вон из дома! — не унимался Повелитель.

Линфер совсем сник.

— Прошу заметить… — как можно тактичнее начала я.

Но мой тоненький голосок не был услышан. Печально, а ведь я всего лишь хотела спросить, подбросят ли меня до столицы, раз уж обещали…

Повелитель разбушевался не на шутку. Когти поминутно то вспыхивали, то гасли, стены пещеры тряслись, пол ходил ходуном, с потолка сыпались не мелкие камешки, а полноценные валуны.

— Линфер! — завопила я, когда рядом упал внушительных размеров камень.

Дракоша забился в угол и дрожал крупной дрожью. Палевая дракониха предприняла попытку успокоить Повелителя, но тщетно: дракон не желал успокаиваться, вознамерившись разрушить пещеру до основания. То, что вместе с потолком рухнет часть скалы, его не интересовало. Или он просто об этом не думал.