Он сел на обычный, не скоростной поезд, который отправлялся в 5.07. Солнце ещё не встало, но пассажиров было много. Такино задремал сразу же, как только поезд двинулся вперёд, однако часть его сознания не погружалась в сон. Он слышал всё, что твориться вокруг него: разговоры людей, толчок при торможении, когда поезд въезжал на станцию. Ведь он находился в бегах. Пусть даже Такино не заметил каких-либо людей, которые бы следили за ним и даже не чувствовал их присутствия, всё его тело знало, что он сейчас в бегах.

Начинало светать. Похоже, что его прогноз сбывается: день будет чудесным.

Напротив сели две пожилые женщины. Они курили сигареты и болтали на местном диалекте. Такино тоже достал сигарету. Слева расстилалось Внутреннее Японское море, которое блестело в лучах раннего утреннего солнца, подобно золотому слитку. Вдалеке виднелось несколько рыбацких лодок; они походили на маленькие чёрные пятнышки или капельки на ровной утренней морской глади. Спокойное море.

В Накацу [51] Такино купил себе завтрак. Было чуть больше половины седьмого утра. Он ел не торопясь, тщательно пережёвывая каждый кусок, пока не осталось и крупинки риса. Потом он выпил чашку холодного чая и снова закрыл глаза. Спать Такино не мог. В Беппу он сошёл с поезда.

На улицах городка царило оживление, хотя не было ещё и девяти. Прямо перед ним тянулась дорога, ведущая к берегу — пройдя километр или около того, он оказался у волнолома. Здания отелей растянулись по улице в обоих направлениях, будто огромные бетонные обломки кораблекрушения, выброшенные сюда приливом. Такино свернул направо и пошёл в сторону залива. У моста стояло большое белое судно, возможно паром, идущий в Осаку.

Расположившись на волноломе, Такино достал сигарету. Он пришёл на полчаса раньше. И тут он заметил женщину, идущую к нему. Серое пальто, голубой чемодан, короткие волосы. Похоже, она смотрит в его сторону. Акеми! Нет никаких сомнений, что это она.

Такино встал. Акеми остановилась и стояла, ожидая его. Он подходил всё ближе и ближе, пока наконец не начал различать на её лице слегка принуждённую улыбку. Казалось, что она плачет.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил Такино.

— Я приехала вместо Хиракавы-сан.

— Зачем?

— Ты просил его позаботиться обо мне. Вывезти меня из Токио. Устроить меня там, где никто не сможет меня найти.

— Я думал, что он согласился сделать это по моей просьбе.

— Я сказала ему, что хочу ехать с тобой. Я умоляла его. Ведь никто и никогда не найдёт меня, если я уеду из этой страны. Сначала он даже не хотел меня слушать. Говорил, что ты никогда не согласишься.

Волосы Акеми развевались на ветру. Они сейчас напоминала ему Юки, хотя у жены волосы были длиннее и смотрелись куда эффектнее. Такино сразу же вспомнил, какие у Юки длинные изящные пальцы и как она перебирает ими волосы. На глаза Акеми навернулись слёзы, но она не торопилась вытирать их. Она стояла и смотрела на Такино.

— Я рассказала Хиракава-сан о своём отце. Ты же знаешь, что он всё равно найдёт меня. Рано или поздно, но найдёт. Я уверена в этом. У него это единственный способ существования. И не имеет значения, куда я уеду.

— Но на самом деле ты когда-нибудь пыталась бежать от него? Хотя бы один раз?

— Сейчас я настроена очень серьёзно. Я хочу уехать. По крайней мере, я так сказала Хиракаве-сан. Но это не вся правда. Мне совсем нет дела до отца. Я хочу быть с тобой. И если ты уезжаешь, то и я еду с тобой.

Такино взял в рот сигарету. Слёзы бежали по щекам Акеми. Неподалёку на улице проехала машина. Такино и Акеми, отвернувшись, смотрели в сторону моря.

— Зачем?

— Я не знаю. Я не хочу с тобой расставаться. Лучше тогда мне умереть. Я не смогу больше жить без тебя.

— Ты знаешь, что я сделал? — Акеми легонько кивнула головой. — Путь будет трудным.

Снова лёгкий кивок головой. Они оба смотрели на море.

— Нет никаких гарантий, что нам удастся это сделать, — Такино бросил сигарету на бетонную поверхность волнореза. — Когда я выходил на станции, там объявляли автобусный тур.

Акеми вытащила платок из кармана пальто. Такино закурил очередную сигарету.

— Разве мы не собирались встретиться вон там? — спросил Такино.

Возвышаясь над всеми зданиями береговой линии, в небе плыла башня обсерватории. Они заранее договорились, что он будет там в девять часов и подождёт ровно тридцать минут.

— Я приехала сюда вчера ночью. Села на утренний рейс в Фукуоку, а потом взяла такси. Хиракава-сан заказал мне отель. Я немного подождала — до девяти — и потом вышла погулять. А ты здесь.

— Где сам Хиракава? В Токио?

— Он сказал, чтобы ты позвонил ему на этот номер, в девять.

С этими словами Акеми достала клочок бумажки. На нём был номер телефона в небольшом отеле в Яватагаме. Это тот же самый отель, где Хиракава останавливался в тот раз, когда они вывозили из страны Сугимуру.