Она цвела и хорошела.

Однажды над поляной неторопливо проплывало белое Облачко.

Оно увидело облитую солнцем Березку, восторженно воскликнуло:

— Как ты хороша, Березка! Ты лучше всех в лесу. Подай мне руку, я подниму тебя к себе. Твое место тут, а не на грязной земле. Я обовью тебя парчовой дымкой, и ты станешь еще красивее. Поднимись ко мне!

Березка обрадовалась, засмеялась, рванулась вверх, но… Вытянутые ветви беспомощно повисли в пустоте. Как огорчилась Березка! Как жалела, что не выросла выше самой высокой сосны, что не может дотянуться до милого Облачка.

— Не горюй, Березка, — крикнуло уплывающее Облачко. — Я скоро прилечу к тебе. Жди меня!..

Березка опустила ветви. Но грустила она недолго. Смахнула слезы, надменно глянула вниз, на своих подруг.

— Вы все слыхали? Хоть одну из вас пригласило к себе белое Облачко?

Березки молчали.

— До чего же вы некрасивы и глупы! — воскликнула тогда Березка. — Скорей бы проходили весны, чтобы я смогла дотянуться до Облачка и уйти от вас!

— Ты зла и несправедлива, Березка, — проскрипела Сосна, обветренная и опаленная молнией. — Твои подруги нисколько не хуже тебя. И они добрее. Не забывай этого.

Березка только пренебрежительно прошумела листвой и отвернулась.

Как-то раз пришел в гости к березкам знакомый лосенок, теперь уже быстроногий красавец-лось. Он по-прежнему приласкался к каждому деревцу, подошел и к березке, протянул свою шелковистую шею, чтобы потереться о ствол, но Березка брезгливо воскликнула:

— Не смей прикасаться ко мне! Ты замараешь меня!

Лось, смущенный и обиженный, медленно отошел от Березки.

Притих лес, умолкли птицы и одна за другой покинули крону Березки.

— Куда вы? — крикнула Березка. — Ведь вас я не гоню. Я люблю вас и ваши песни.

— Нет, — ответили птицы, — мы не хотим больше петь тебе.

Незаметно минуло несколько весен. Березка стала еще выше и красивее. Выросли и ее подруги. Но по-прежнему они были веселы и приветливы, любили солнце, птиц, шутили с ветром-озорником и разговаривали с ромашками.

Одна лишь Березка была хмурой и молчаливой. Она уже давно не смотрела вниз, на землю. Ни о чем она не думала, ничего не хотела, кроме одного — дотянуться до белого Облачка и обвить свою пышную крону парчовой дымкой.

Холодная и гордая, возвышалась она одиноко над веселой поляной.

Прискакал однажды резвый звонкий Дождик, крикнул озорно:

— Березка, я освежу тебя, развеселю, подставляй-ка ветви.

— Я не люблю сырости, — ответила Березка. — Ты испортишь мне прическу и платье. Не смей мочить меня.

Но Дождик не послушался и со смехом брызнул серебряными струями. Березка рассердилась, подобрала подол сарафанчика, припрятала берестяные туфельки.

— Ты гадкий, мокрый. Уходи прочь!

И последний Березкин друг ушел…

Выглянуло солнце. Горячие лучи его засверкали в лужицах, на листве и в цветах. Березы стояли оживленные, радостные, стряхивая лишние капли. Туфельки и подолы сарафанчиков у них были мокрыми и перепачканными землей, взбитой струями дождя.

— Ну вот, — торжествующе засмеялась Березка. — Посмотрите, какими вы стали! Вы все вымарались противной липкой землей.

Но подруги ответили, что они любят землю и дождь, а ромашки прильнули солнечными головками к их загрязненным туфелькам.

— Ты нехорошо сказала, Березка, — пролепетали они. — Земля — это наша жизнь.

— Зачем мне земля, — гордо сказала Березка, — когда я могу и без нее расти и цвести?

Тогда обветренная и опаленная молнией Сосна тяжело качнула ветвями.

— Если бы не земля, в которую крепко врастают наши корни, мы погибли бы от голода, нас бы свалила молния и сломал бы ветер…

— Доченька, — простонала Старая береза, — мудрая Сосна говорит правду. Мне тяжело держать тебя: мои корни стали стары и слабы…

Но Березка уже не слушала никого. Она беспощадно давила к земле материнский ствол. Старая береза клонилась все ниже и ниже. И однажды, когда Березка рванулась кверху, чтобы ухватиться ветвями за белое Облачко, корни Старой березы не выдержали, затрещали, разрываясь, и ствол тяжело рухнул на землю. Вместе с ним упала Березка, ломая нежные ветви.

Она лежала на смятых ромашках и умирала. Первый раз в жизни она ощутила землю, добрую, приветливую землю, ее запах, ее тепло, ее живительную силу.