Тихий, низкий рев сотряс воздух — все сильнее, громче, громче! — пока не завибрировала вся

комната. С резким шумом и хрустом по камням поползли трещины, стены рассыпались, появилось

чистое, серебристое от луны небо — волшебный замок Слитерина рухнул.

Они были так ужасающе-прекрасны, когда вышли из круга и окружили скорчившегося на полу

Слитерина — Драко видел, как с каким-то странным, отчаянным вызовом приподнялась его

серебристо-черная голова… он что-то неразборчиво взревел… Драко так и не узнал, что это было…

Признаться, ему бы хотелось, чтобы в последний миг жизни в этом колдуне на миг пробудилось чтото человеческое, и он позвал Ровену… но скорее всего, это было его последним злобным

проклятьем…

Драко почувствовал, что по полу прошла словно волна прилива — замок разваливался на части.

Кто-то схватился за его руку… Наверное, Гарри… Грохочущая тьма накрыла их — распростертого на

каменных плитах Слитерина, возвышавшихся над ним ликующих демонов… добралась и до них…

земля вывернулась наизнанку, опрокинулась… и откуда-то издалека до Драко донесся крик

Слитерина…

***

Придя в сознание, Драко обнаружил, что лежит на спине, головой у кого-то на коленях. Он

медленно открыл глаза и взглянул вверх: над ним склонилась фигура, подсвеченная со спины

луной, — длинные волнистые волосы, бледный овал лица, темные глаза, взволнованно дрожащие

губы… Гермиона. Увидев, что он пришел в себя, она улыбнулась:

— С возвращением.

Он попытался приподняться и сесть:

— Гарри… Джинни…

— Т-ш-ш, со всеми все хорошо, — она легонько коснулась его лица и, повернувшись,

закричала. — Гарри! Джинни!

— Не кричи, — оборвал ее Драко. — У меня сейчас голова треснет.

415

— Бедный крошка, — улыбнулась она. — Сюда! — быстро отодвинувшись от него, она помогла

ему подняться и сесть. Голова действительно раскалывалась, но все это было сущей ерундой — он

ощущал такую легкость, с плеч упал такая невероятная тяжесть — будто он провел недели в темном

запертом ящике, а теперь крышку наконец-то сорвали, и он смог увидеть звезды. И впервые за

много-много дней он не мерз…

Он оперся на руки и осмотрелся. Кругом была трава — сплошная трава, вокруг расстилался

широкий зеленый луг, окруженный купами деревьев: от стоящего здесь когда-то замка, с этими его

стенами, башнями, зубцами не осталось ни единого напоминания. Небо над их головами словно

взорвалось и теперь ярким северным сиянием переливалось синим и зеленым, красным и золотом, и

через эти приливы и отливы огоньками бесконечно далеких городов пробивались звезды. Справа

поодаль он увидел, чей-то высоченный силуэт, поблескивающий чешуей, — это дракон Феролюс, а

рядом с ним две маленькие фигурки: одна — в красной мантии, а рядом кто-то с огненно-рыжими

волосами. Бен и Джинни.

— Эй, Малфой! — Гарри хлопнулся в траву рядом с ним. Если и можно было быть грязнее грязи и

чернее сажи, то все это относилось именно к нему, но сквозь копоть и кровь на эго лице сияла

широченная улыбка. Гарри на мгновение стиснул его плечи, на что Драко ответил удивленной

полуулыбкой.

— Самую-то круть ты и пропустил, — сообщил Гарри.

— Вот черт, — чуть расстроенно заметил Драко. — А все потому, что я до потери сознания

обрадовался той шуточке, которую мы тут сыграли.

— Ничего крутого не было, — несколько разозленно заметила Гермиона. — Слитерина охватило

пламя, он будто бы горел, не сгорая… А демоны втащили его в пентаграмму, и он все время

кричал… А потом они исчезли в полу с ужасным всхлюпом, и вся остальная комната начала

засасываться в эту огромную дыру… А ты потерял сознание и чуть тоже туда не провалился —

Гарри тебя поймал. Тут ворвались Сириус с Беном, потому что двери рухнули, Сириус вынес тебя, и

замок рухнул, рассыпавшись на части, а все его Темные Создания разбежались по лесу… и