рил Рон, — про нас.

Рон дрожащим от слез голосом. — Какой дурак…

Гермиона уставилась на Рона, открыв рот. Потом

— Просто заткнись, Рон.

перевела взгляд на Гарри. Ее взгляд метался между

— Неужели ты думал, что ты ее будешь игнорироними — она все больше и больше походила

вать, а она будет сидеть и ждать, когда же ты очнешьна маленького зверька, оказавшегося между двумя

ся и снова обратишь на нее внимание? Думаешь, она

хищниками.

позволит тебе обращаться с ней так, будто она — пус— Я не… — ее голос оборвался. — Вы оба… —

тое место?

взгляд остановился на Гарри. — Гарри…

— Ты говоришь о Гермионе? О ком ты говоришь?

— Рон сказал, что любит тебя, — ровным голосом

Что ты несешь?

сказал Гарри, и Рон вздрогнул. — А ты любишь его.

Рон выпрямился:

— Что он сказал!? — побледнев, ошарашено про— Я говорю о Гермионе! — заорал он так громко,

шептала Гермиона, не сводя с Гарри глаз. — Нет, он

что Гарри дернулся назад. — Я люблю Гермиону и она

не мог сказать этого… Это неправда… Наверное, ты

любит меня!

не так его понял… — ее глаза скользнули к Рону. — Ты

За этим заявлением последовала гробовая тишина.

ведь не это имел в виду, да? Гарри просто не так тебя

Гарри остолбенело смотрел на Рона, тот так же остолпонял, да?..

бенело смотрел на Гарри. Постепенно на его лице пояСловно она дала ему пощечину, Рон побледнел и

вилось ошеломленное выражение, словно он сам

застонал.

не мог поверить в том, что произнес эти слова.

— Ты не можешь так поступить, — в упор глядя

— Бог мой… — прошептал он, — я что — ?..

на нее, сказал он. — Я понимаю, ты боишься, но… ты

— … сказал это? — подхватил Гарри. Глаза его быне можешь так поступить…

ли ледяными. — Да, ты сказал это. И это ни хрена

— Боюсь? — эхом откликнулась Гермиона. — Чего я

www.yarik.com

Cassandra Claire

Draco Veritas

103

боюсь?

Гермиона побелела и пошатнулась, упершись

Развернувшись, Рон взглянул на Гарри. Глаза его

в стену рукой, чтобы не упасть. Она потеряла дар ребыли огромными, почти черными от напряжения.

чи.

— Я люблю ее, — тонким, но вызывающим голосом

Гарри продолжал:

заявил он. — Люблю, а она любит меня. Мы любим

— Ты с Гермионой любовники? Вы … вы… были

друг друга. Мы больше не будем прятаться. И мы вмевместе? — решительно и резко спросил он.

сте каждую ночь. Вместе — во всех смыслах.

— Да, как я тебе и говорил, — кивнул Рон.

— Рон! —

вскрикнула

Гермиона,

сорвавшись

Лицо Гарри окаменело, скулы заострились. Но гона визг. — Что ты делаешь?

лос был все так же тверд:

У Гарри был такой вид, будто его сейчас вырвет.

— Сколько раз?

— Так, это уже переходит всякие границы — и шуРон покраснел.

ток, и игр… Одному из вас лучше сейчас сказать мне

— Я не знаю… Много… Я не считал… почти каждую

правду, и побыстрее, черт бы все это побрал!

ночь.

Рон повернул голову к Гермионе:

— Где?

— Ради Бога, пришло время, — попросил он. —

Рон склонил голову и с трудом ответил:

Скажи ему, что любишь меня.

— В комнате старост.

Гермиона медленно уперла руки в боки и, когда

Гарри не хватало воздуха, он дышал часто, словно

она заговорила, голос ее был яростным и ледяным, как

задыхаясь, однако голос его был все так же спокоен.

зимний шторм.

— А она тебя любит?

— Я не люблю тебя, — голос ее повышался, она

— Гарри… — отыскала свой голос Гермиона.

была на грани истерики. — Я не люблю тебя и — более

— Замолчи, — холодным ровным тоном приказал

того — я не понимаю, о чем вы тут говорите. Я никогда