треугольники и похищения века, я бы провела время

в любви. Она режет, сжигает и ранит — и нет от этого

куда лучше.

лекарства.

Уж лучше

ненависть —

я испытываю

Отпустив ее руку, Драко пожал плечами.

ее каждый день, но это чувство, по крайней мере,

— Я просто пытаюсь понять, за что ты пытаешься

можно вынести. И я всегда знаю, где я нахожусь.

себя наказать. Если ты хочешь почитать, у меня есть

— Это неправда… Любовь делает людей бескорымного хороших книг — с удовольствием тебе дам: Расстными…

сказы двух Магов, Великие заклинания…

— Как твоего брата? — тихо спросил Драко. — Бес— Я читаю хорошие книги. Это просто… для раскорыстными, каким был твой брат?

слабления и успокоения.

— Это не было связано с любовью! — взъярилась

— И как же это может успокоить?

Джинни. Да как он осмелился…

— Понимаешь, там все предсказуемо. Ты можешь

— Ну конечно! А то я не видел его лица, когда

рассказать все, что произойдет, просто взглянув

он смотрел на неё! Он был в нее влюблен, что бы

на обложку.

ты там ни думала.

— Да ну? — Драко заинтересованно взглянул

— Что ж, он хотя бы в этом был искренен, — отреей через плечо. — И как ты это определяешь?

зала Джинни, чувствуя, что это прозвучало весьма яз— Смотри, — она двинула пальцем по странице,

вительно. —

Он не прикидывался,

что

его

это

зная, что он внимательно наблюдает за ней. — Эта дене волнует.

вушка в белом платье — героиня, Риэнн. Ей придется

Это замечание заставило Драко выпрямиться. Отмногое пережить, однако в конце она воссоединится

крыв глаза, он окатил ее холодным взглядом серых

со своей любовью. А вот этот парень в бриджах — Триглаз.

стан. Он смелый, отчаянный, он хочет быть с ней,

— А я, значит, прикидываюсь? Что ж, может,

но злая судьба не дает им соединиться. Но это все

ты и права. Может, я, и правда, ни о ком не забочусь

временно, конечно. Девица в красном тугом кожаном

по-настоящему. А может, ты просто это так видишь

корсете — это леди Стэйси, злая распутница — в конце

со своей идеалистической точки зрения — тебе это

она точно помрёт, но прежде переспит с половиной

в голову не приходило?

мужских персонажей. А вот этот мужчина в темном

— Я не идеалистка. И вообще, если я думаю, что

плаще — Темный маг Морган, он тоже злой.

это глупо — заботиться о ком-то, делая при этом вид,

— А это что еще за задница в платье? — заинтеречто на самом деле тебя это совсем не волнует, — это

совался Драко.

вовсе не значит, что я идеалистка. Люди вообще

— Это не платье, это мантия государственного деяне могут жить, ни о ком не заботясь.

теля! Это Жоффрей Монтегю, он — друг детства Риэнн,

— Ничего подобного. Люди не могут жить без пиочень достойный человек. Поехали дальше. Если Трищи, воды, крова и, в моем случае, без простыней

стан умер, она, скорее всего, закрутит с ним, однако

из отборного хлопка. Другие люди — это роскошь,

все время будет думать о Тристане. А вот если Тристан

а не необходимость.

жив… — Джинни остановилась. Плечи Драко тряслись

— Тогда почему ты так заботишься о Гарри?

в припадке беззвучного смеха. — Что смешного?

— Это совсем другое дело.

Драко замахал рукой.

— И в чем же разница?

— Позволь, я расскажу тебе, как все происходит

Что-то мелькнуло у него в глазах.

на самом деле. Исходя из информации, извлеченной

— Другое — и все тут.

мной из этих баснословных иллюстраций, предсказыДжинни вдруг почувствовала утомление. Продолваю, что Монтегю вылезет из своего чулана и будет сожать

беседу

не было

никакого

смысла,

общником темного мага Моргана — который на деле

не существовало аргументов, при помощи которых

окажется вовсе не злым, а просто одиноким. Они осяможно было бы победить Драко. Она не могла понять,

дут в другой стране, где купят замок и следующие шезачем она все еще утруждает себя этим спором, — это