Похоже, пошит он был на кого-то, ростом куда ниже

опять хочешь всем доказать, что ты всё ещё Малфой.

него — Рону он едва прикрывал колени.

— Именно так. Я всё ещё Малфой.

— Я похож на шлюху, — негромко констатировал

— Ты не должен пытаться быть тем, кем не хочешь.

Рон, изучая своё отражение в огромном зеркале в зо— Отринь ты своего отца, и имя позабудь, — с лёглочёной раме, висящем напротив кровати. — Не удивкой издёвкой произнёс Драко. — И ради чего? Только

люсь, если это какая-то психологическая пытка из арне надо пытаться превратить меня в того, кем я не явсенала Тёмного Лорда.

ляюсь, Грейнджер. Я Малфой. И горжусь этим. Горжусь

В этот миг у него мелькнула мысль, а не шпионит

своей кровью.

ли Вольдеморт за ним через зеркало, и, поддавшись

— Кровью, полной яда.

внезапному порыву, Рон распахнул халат и в голом ви— Зато чистой.

де исполнил короткий, но весьма оскорбительный таОна не была уверена, что он хотел съязвить, судя

нец.

по всему, нет. Ведь для него это представлялось соИ отправился в кровать.

вершенно естественным: лучше умереть чистокровным

Позже он понял, что недооценил плату, которую

волшебником, чем жить магглом. Но слова эти высекли

ему пришлось заплатить за дни, проведённые в страхе,

в ней искру странной горечи, какой-то извращённой

почти без пищи и сна, за бесконечное изнурительное

ненависти к тому, кого она так любила.

напряжение, которым подвергались его разум и тело

— Ты не прекратишь это, да? Даже ради того, чтово время видений: едва коснувшись подушки, Рон почбы прожить чуть дольше?

ти на два дня провалился в сон, близкий к коме. Про— Нет, — глядя в сторону и сунув руки в карманы,

сыпаясь на короткие промежутки времени, он, не жуя,

ответил он. От него так и веяло напряжением.

проглатывал пищу, которую оставляли на столике ря— Даже ради того, чтобы Гарри любил тебя так,

дом с кроватью, и, свернувшись клубком, снова с голокак тебе хотелось? — спросила она.

вой заворачивался в одеяло.

Его плечи окаменели, он развернулся к Гермионе.

Снов он не видел.

— А ты думаешь, он меня не любит?

Наконец, на третий день, проснувшись, он обнару— Нет, я так не думаю. А как думаешь ты?

жил по-кошачьи растянувшуюся по соседству Рисенн,

Пламя в камине стало багровым, сигнализируя, что

наряженную в какие-то зеленоватые полупрозрачные

они должны быть наготове.

ленточки и высокие чулки.

— За что ты на меня так рассердилась? — озада— Привет, дружочек. Как тебе спалось? Надеюсь,

ченно поинтересовался он, словно не в силах до конца

ты видел приятные сны?

понять её слова. — Что я такого сделал?

— Не надо называть меня ласкательными имена Напомнил мне, кто ты, — подумала она, но проми, — буркнул Рон, садясь на кровати. Спросонья он

молчала, чувствуя, что и без того сделала что-то ужасчувствовал себя немного одуревшим. — Я тебе не приное. Не глядя на Драко, она подошла к камину, присеятель.

ла на корточки, вытащила палочку, поднесла её к пла— Я никогда и не говорила ничего подобного, —

мени и шепнула:

фыркнула Рисенн и махнула ручкой в сторону стола, на

— Auditori.

котором лежало что-то вроде стопки ткани. — Я приРаздался далёкий треск, напомнивший Гермионе

несла тебе одежду. Тёмный Лорд хочет тебя видеть.

помехи на телефонной линии. Она оглянулась на стоя— Слушай, а ты не устаешь постоянно ходить полущего позади неё Драко.

голой? — негодующе поинтересовался Рон.

— Что-то случилось.

— Я устаю куда больше от твоего бесконечного

Он помолчал

одевания, — ответила она, инспектируя свои кровавоСнова что-то затрещало, и знакомый голос произкрасные ногти. — Вылезай из кровати.

нёс какие-то непонятные слова.

Рон откинул одеяло и яростно воззрился на неё.

Гермиона напряглась и попробовала вспомнить об— Я не буду переодеваться у тебя на глазах.

рывки болгарского, которого нахваталась на четвёртом

— Значит, не будешь переодеваться вовсе: Тёмный