получалось. Даже если идти на цыпочках. Казалось, каждый шаг слышен

метров за сто. Приходилось уповать на то, что это только кажется.

Выскользнув за ворота, молодые люди поспешили в выбранном Витей

направлении. Улочка оказалась настолько узкой, что даже не пришлось

переходить её, чтобы оставаться в тени. Которая, к сожалению, не только

помогала парню с девушкой, скрывая их от любопытных глаз, но и мешала

вовремя разглядеть всякий попадающийся под ноги хлам. Витя пару раз

больно приложился коленкой, а Маша, поскользнувшись на чём-то, чуть не

грохнулась на брусчатку. К счастью, серьёзных травм оба не получили.

Можно продолжать операцию по спасению спутников.

Шагов через двадцать обнаружился перекрёсток.

— Ещё раз направо! — после пары секунд размышлений скомандовал Витя.

Маша не возражала. Предложенное направление примерно совпадало с тем,

куда тянул её 'компас'. Через пять минут парочка снова оказалась на

распутье.

То есть, куда надо идти, было понятно. Обогнув гостиницу с тыла, Маша с

Витей вышли на площадь. Вот только отсветы на домах одной из выходящих

на неё улиц да звук слаженных шагов, сопровождающийся металлическим

звоном с того направления говорили о том, что на площадь вот-вот выйдет

ночной патруль городской стражи, и проскользнуть незамеченными

знакомым путём не удастся.

Надо было срочно принимать решение. Или быстренько сматываться назад

и молиться, чтобы отряд стражников свернул в другую сторону, или…

— Туда! Быстро! — Витя махнул рукой в сторону возвышающихся неподалёку

мрачных обгорелых развалин.

На то, чтобы добежать до бывшей таверны, где недавно так славно

погуляли местные маги-недоучки, ушло с десяток секунд. Примерно столько

же времени понадобилось, чтобы, не углубляясь особо в мешанину грозящих

обрушиться от легкого толчка обломков, спрятаться среди приличных

размеров кучи мусора, сваленного предприимчивыми горожанами прямо под

закопченными стенами, увенчанными редкими обугленными балками.

Вовремя. С десяток стражников как раз вышли на площадь, не торопясь

пересекли её, и углубились как раз в ту улочку, откуда появились Маша с

Витей.

Когда звук шагов стал почти не слышен, плетёная корзина, венчающая

свалку на центральной площади города, медленно поднялась в воздух,

покрутилась вправо-влево… И отлетела в сторону.

— Ушли! — прошептал прикрывавшийся ей до этого Витя, — И нам пора. Эй!

Где ты? Куча тряпья у подножия мусорной горы зашевелилась, и из-под неё

показалась недовольная Машина физиономия. Одной рукой девушка

зажимала нос, а в другой…

Парень на всякий случай оглянулся, прикидывая пути отступления.

— Эй, ты чего?!

— Да вот, нашла… — Маша помахала рукой с зажатой в ней деревяшкой,

больше всего похожей на обыкновенную треснувшую скалку. — Будет хоть

какое-то оружие.

— Возьми лучше нож! — Витя рыцарским жестом протянул девушке свою

недавнюю находку.

— Нет! С ножом я скорее себя порежу, — трезво оценила свои способности

Маша. — А умение гонять мужиков вот этим, — она потрясла скалкой, — у всех

женщин в крови. Так что — пусть будет.

— Как знаешь, — пожал плечами Витя. — Ну что, двинули?

— Куда?

— Через площадь нельзя. Слишком заметно. Надо обойти эти развалины с

тыла.

— Ну так давай быстрее обходить! — сердито притопнула Маша.

— Сейчас, сейчас… — Витя начал осторожно спускаться с вершины, на

которую несколько минут назад взлетел, как на крыльях. Спуск проходил

нормально примерно до середины. А потом под ногами у парня что-то

треснуло и провалилось. Он нелепо взмахнул руками, пытаясь удержать

равновесие…

И, не удержавшись, рухнул вниз.

— Эй! Эй! Ты жив? — первое, что увидел Витя после падения — это большие

глаза склонившейся над ним Маши, и кружащиеся разноцветные звёздочки.