Он колебался, но я с твердой решимостью смотрела ему в глаза. Я действительно без особой охоты шла к нему. За ним тянулся шлейф дурной славы из-за имевшейся у него базы данных о шпионах среди людей и демонов. Он всегда был в курсе событий и продавал информацию, чтобы получить еще больше компромата. Не хотела бы я, чтобы мои неприятности стали для него еще одной разменной монетой. Либо он согласится на мои условия, либо мне придется кочевать с Шок из отеля в отель, пока не подвернется вариант получше.

— Элэй, — пожурил меня Ревэл, насмешливо улыбаясь, — нам нечего делить. Разумеется, я позабочусь о Шок. Если не ради твоего, то ради ее блага.

Я облегченно вздохнула, но не смогла заставить себя поблагодарить этого мерзавца. Кланяться в ножки ему я не стану. Ни за что на свете. Пусть уважает мою волю и опасается последствий, если осмелится нарушить слово.

Ревэл прошел к двери и, нажав на кнопку, отдал тихий приказ. Пока он возвращался, в комнату вошел человек весьма плотного телосложения.

— Отнеси Шок в Зеленую комнату, — велел хозяин и, обернувшись ко мне, добавил: — Идем, проверишь все сама.

Тео он предложил подождать здесь.

Мой спутник напрягся, но мне необходимо было поговорить с Ревэлом без свидетелей и начистоту.

— Ты не обидишься? Я скоро вернусь.

— Я подожду, — ответил он, пропуская охранника к Шок.

Голова той безвольно повисла, едва верзила поднял ее на руки.

Одарив Тео благодарным взглядом, я поспешила за Ревэлом. Было страшно это признавать, но мой друг оказался в положении канарейки, которую берут в угольную шахту. Шахтер, если птаха задохнулась, понимает, что надо быстро делать нога из забоя, а я, если с ним что-то случится, буду знать: обитель Ревэла небезопасна для Шок. К несчастью, все, чем я сейчас располагала, было зыбкое слово этого патологического вруна.

За дверью, прятавшейся в дальнем углу гостевого зала, находилась лестница, спиралью уходившая наверх, в длинный коридор. У последней ступени два молодых человека в шортах, перебрасываясь шуточками, спорили о том, когда состоится следующая партия в теннис. Коридор вел сквозь еще одну гостиную, с более интимной обстановкой. Молодая студентка облюбовала для чтения один подоконник, а юноша, на вид еще совсем подросток, — другой. Дерево пахло по-старинному, воском, и я сразу представила армию слуг в белых перчатках, неслышно перемещающихся между закрытыми дверями, поддерживая всюду чистоту и безукоризненно исполняя приказания.

Коридор упирался в стену из закаленного стекла: за нею слышались смех и громкие голоса. В крытом бассейне плескались обнаженные тела. Он был выложен мозаикой из голубого, зеленого и белого стекла. Чашу с водой огибала панорамная фреска: залитый солнцем сельский пейзаж с кипарисами и виноградниками.

Мы свернули, миновали короткий пролет и оказались в прелестной комнате без вычурного убранства. Бледно-зеленые ковер и покрывало на кровати, белые атласные обои. Должно быть, одна из самых обычных спален в пентхаусе.

Ревэл махнул охраннику рукой, и тот послушно удалился.

— Я пошлю кого-нибудь из моего гарема покормить ее. У Мишель зубная боль, Шок понравится. Хотя нет, лучше мальчика. Она же безнадежно гетеросексуальна.

Вероятно, он стремился напомнить мне о бисексуальных экспериментах, в которых мы с ним когда-то участвовали. Но те дни ушли навсегда, хотя Ревэл предпочитал вести себя так, словно с моей стороны было величайшей глупостью даже думать об этом.

— Просто корми ее и, умоляю, никого не подпускай. Я не знаю, когда вернусь.

— Куда ты собралась?

Ответ был очевиден: я должна была встретиться с Вексом. Узнать, остаемся ли мы с Шок под его защитой или нет. Выяснить, имеет ли Дрэд отношение к ее нынешнему состоянию.

— Хочу увидеться с Вексом.

Небрежного тона как не бывало!

— Зачем?

— Так я тебе и сказала, — коротко рассмеялась я.

— А следовало бы. Слушай, вот что мне известно.

Шок породила нового демона, по слухам прямо в твоем баре. В последний раз Петрифая видели на верфи в Нью-Джерси. Если он умен, то отчалил на Тайвань. Говорят, Пик сидел у него на хвосте, но с тех пор его никто не видел.

— Опять этот Пик, — простонала я. — Да кто он такой? Откуда взялся?

— Неизвестно. Никто не распространял на него свое право. — Ревэл был всерьез заинтригован. — Пик неразговорчив. Впервые объявился несколько недель назад на западе Манхэттена.

— Он должен принадлежать кому-то. Он не впервые охотится у моего бара. А прошлой ночью напал на меня прямо на улице, на глазах у прохожих. Если бы не человек, с которым я пришла, Пик довел бы дело до конца. Можешь не сомневаться.

— Сколько раз я тебе говорил, что бар тебя не спасет! — Ярость исказила лицо Ревэла. — Тебе нужна круглосуточная охрана!