Коротко выругавшись, Эхидо достал пистолет. В этой стране можно было ждать чего угодно. Вокруг кричали случайные прохожие, женщины прятали детей. На земле стонал Валид Шариф-хан, державшийся за бок. Его сотрудники и солдаты, высыпавшие из грузовика, открыли беспорядочную стрельбу по тому месту, откуда раздались выстрелы. Ими командовал невысокий полковник в военной форме. У него было темное, почти черное лицо, на нем – щеточка усов, какие часто носят армейские офицеры.

– Остановитесь, – крикнул ему на урду Эхидо, открывая дверцу машины, – не нужно так беспорядочно стрелять! Скажите, чтобы они проверили место, где прятались террористы. Может, там уже никого нет.

– Они наверняка еще там, – возразил полковник, но сделал отмашку, чтобы прекратили стрельбу.

Эхидо упал на землю, пополз к раненому, достал носовой платок, пытаясь перекрыть струю крови. Если пробита печень, то он долго не проживет, с сожалением подумал американец. Хотя кровь не темная, скорее алая. Возможно, у раненого есть шансы.

Наступила тишина. Некоторые автоматы еще дымились.

– Окажите помощь Валиду Шариф-хану, – приказал полковник, подзывая к себе трех офицеров, – и вытащите труп водителя из машины. Первому взводу прочесать всю местность. При любом сопротивлении разрешаю применять оружие.

Двое солдат подняли Валида Шариф-хана. Он был весь в крови. Его отнесли в первый микроавтобус, наложили повязку.

– Срочно в госпиталь, – приказал полковник.

– Подождите! – К машине подошел Эхидо и пожал руку раненому. – Мы все сделаем как нужно, – пообещал он, – выздоравливайте быстрее.

– Будьте осторожны, – прохрипел Валид Шариф-хан, – там может быть еще одна засада.

– Мы пробьемся, – заверил его Эхидо. – Я могу доверять этому полковнику?

– Он из армейской разведки, – сказал, закрывая глаза, Валид Шариф-хан, – полковник Интизар Хаким. Вы можете ему доверять, его послало наше командование по согласованию с вашим посольством.

Снаружи трещали короткие автоматные очереди, раздавались крики офицеров. Но террористов среди холмов уже не было. Очевидно, они успели покинуть свою засаду. Солдаты возвращались. Было уже совсем темно.

– Нам нужно срочно ехать дальше, – сказал Эхидо, обращаясь к полковнику Интизару Хакиму.

– Нужно будет выслать вперед одну машину, – предложил полковник, – чтобы они проверяли дорогу. Может, впереди есть еще одна засада.

– Давайте быстрее, – согласился Эхидо. – Я поеду в вашей машине.

– Садитесь, – согласился полковник, приказав одному из своих офицеров пересесть в другой автомобиль. Через пять минут они медленно тронулись дальше.

– Вы говорите по-английски? – поинтересовался американец.

– Конечно, – кивнул полковник.

В Пакистане официальными языками были урду и английский, тогда как в Индии – хинди и английский. На самом деле обе страны были в течение многих лет колонией Британии, и, уходя отсюда, англичане оставили им свой язык. При этом в Пакистане многие руководители еще могли говорить на урду, хотя главным языком элиты и высшего военного командования был английский язык. В Индии английский был в большом ходу, и многие современные индийские писатели писали на английском языке, а многие политики даже не могли толком изъясняться на хинди, считая английский родным языком.

– Что вам известно об этой лаборатории? – спросил Эхидо, переходя на английский.

– Мы получили сообщение о том, что они работают в Музаффаргархе, – ответил полковник, – и мне приказали взять два взвода солдат, чтобы все проверить на месте. Полковник Валид Шариф-хан привез с собой спецназ из Исламабада. Мы знали, что вы поедете вместе с ним, и у меня был приказ помогать вашей миссии.

– Когда вы узнали об этом задании? – поинтересовался Эхидо.

– Сегодня днем. За несколько часов до вашего прибытия, – ответил Интизар Хаким.

– А кто еще? Я имею в виду, кто из ваших офицеров мог знать о нашей миссии?

– Никто, – удивился полковник, – кроме меня. Такие операции держат в тайне именно для того, чтобы не нарваться на засаду.

– Вы в этом уверены?

– Абсолютно. Я получил приказ в запечатанном конверте. Ни один из моих офицеров и солдат не мог знать, куда мы поедем.

– С нами из Исламабада прилетела группа спецназа. Там несколько офицеров. Им могли заранее сообщить об этой лаборатории…

– Никогда. Валид Шариф-хан слишком опытный и авторитетный разведчик, чтобы так рисковать. Только он знал точное местонахождение лаборатории.

– Тогда получается, что о нашей поездке заранее знали только мы двое. Он и я, – подвел неутешительный итог Эхидо. – Вы понимаете, что такого просто не может быть.

– Почему? – не понял полковник. – Все так и было. Я получил приказ только сегодня. А вы двое знали о том, куда поедете, еще вчера или даже гораздо раньше.

– Из нас двоих только я живой и невредимый, – напомнил Эхидо. – Если учесть, что Валид Шариф-хан получил пулю и сейчас борется в больнице за свою жизнь, то получается, что единственный человек, кто мог сдать террористам нашу поездку, – ваш покорный слуга.