Только отряд скрылся из виду, Джеймстон поспешил к ней. Бедняжка была еще жива. Он промыл ей раны водой из бурдюка и стал накладывать многочисленные повязки с лечебными травами.

Женщина стонала и скулила, но не открыла глаз. Джеймстон испугался, что она так и не опомнится. Бросив взгляд в ту сторону, где скрылись тролли с пленниками, он вздохнул, аккуратно взял раненую на руки и двинулся обратно.

Путь в Вангард предстоял неблизкий, но другого шанса выжить у этой несчастной не было. Кроме того, Джеймстон считал своим долгом известить даму Гвидру о провале экспедиции. Вангард под властью старца Беддена был ему совсем не по душе.

Связанных, грязных, продрогших, смертельно уставших людей выстроили в шеренгу на леднике, между южной стеной ледяного замка, красовавшегося на восточном берегу реки, и гигантским разломом. Невдалеке два великана загоняли в лед клинья, но даже их грубая мощь не вселяла в души пленников такого страха, как стоявший перед ними старый, но вовсе не дряхлый человек.

Брансен догадался, что это и есть старец Бедден. На нем была такая же мантия, как на мерзком самхаисте Берниввигаре, которого Разбойник когда-то убил. Мощь, исходившая от этого человека, его властная осанка, подавляющая любого, кто стоит рядом, — все это напомнило Брансену о давнем столкновении с могущественным магом. Только этот старец был гораздо сильнее.

Несколько ужасно долгих минут прошли в тишине. Тролли переминались с ноги на ногу и нервно хихикали, но никто не смел нарушить молчание. Пленники изо всех сил старались не встретиться с Бедденом взглядом, в котором читался смертный приговор им всем.

— Сначала его, — наконец указал самхаист на Олконну, который держался на удивление мужественно. — Остальных уведите. Они должны страдать, чтобы смерть показалась им избавлением.

Три тролля схватили Олконну и с силой вытолкнули вперед. Не имея возможности подставить связанные за спиной руки, он рухнул лицом вниз. Раздался треск, и Олконна застонал. Когда его перевернули на бок, на бело-голубом льду остался ярко-красный след.

Брансен бросил быстрый взгляд на старца Беддена. Если тот и заметил, что произошло, то не подал вида. Его внимание привлек тролль, стоявший неподалеку с мечом Брансена за спиной. Внезапно старец вытянул руку и сжал кулак, как будто бы схватил тролля за горло.

Злобное существо действительно задергалось и потянулось обеими лапами к шее. Бедден согнул руку, и тролль, спотыкаясь, приблизился к нему. Ноги этой твари так сильно отставали от головы, что она неминуемо упала бы, если бы маг не держал ее за шею своей волшебной рукой.

Когда скотина оказалась рядом, старец Бедден схватил ее за горло уже по-настоящему, с поразительной легкостью поднял над землей и повернул спиной к себе. Он секунду разглядывал богато украшенный клинок, потом вынул его из ножен и бросил тролля на землю.

Теперь старец Бедден внимательно рассмотрел великолепное оружие, и его глаза загорелись. Он тихо сказал троллю что-то такое, чего ни Брансен, ни остальные пленники не расслышали. Тролль ответил громче, но на непонятном языке. Тогда Бедден оттолкнул его, взял клинок обеими руками и принялся размахивать им перед собой с таким видом, как будто к нему попало великое сокровище.

Но вдруг его лицо помрачнело, глаза сузились. Брансен едва не потерял равновесие, наблюдая за тем, как самхаист поднес клинок к носу и стал принюхиваться, как ищейка.

Тем временем тролли уже начали уводить пленников от ущелья. Брансен и его товарищи тоже двинулись прочь, но тут старец Бедден приказал колонне остановиться. Все как один посмотрели на мага и увидели, что он снова о чем-то спрашивает тролля, который принес меч. В ответ тот обернулся и указал в толпу заключенных, где стоял Гарибонд.

Старец Бедден не спеша подошел и заговорил, но не с ним, а с Воной, стоявшей рядом.

— Мне сказали, что ты сражалась этим клинком, — заявил маг.

— Да, — ответила Вона, не зная, что еще сказать, и нервно оглядываясь на брата Джонда и Брансена.

Бедден сделал знак, и тролли вытащили ее вперед.

— Этот клинок пахнет кровью самхаистского старейшины, — объявил старец, испепеляя Вону взглядом. — Им убили моего друга.

Вона сжалась и обернулась к друзьям в поисках поддержки. Брансен пытался крикнуть, что меч принадлежит ему, но с его губ слетело лишь что-то нечленораздельное.

— Он у меня недавно, — запиналась Вона. — Я ни разу не видела самхаистского старейшину.

— Он перед тобой, — ответил старец Бедден и неожиданно вонзил меч ей в живот.

Лицо Воны окаменело, она взвыла, согнулась пополам и рухнула на одно колено, пытаясь удержать вывалившиеся внутренности. Друзья, не веря своим глазам, в ужасе отпрянули.

Бедден махнул троллям и указал на Олконну и Вону. Хорошо обученные слуги знали, что делать. Одна группа схватила Олконну и поволокла его к остальным пленникам, в то время как другая потащила истекающую кровью и желчью Вону к ущелью.