Трибуны вздохнули и загомонили: предстоял перерыв. Кое-кто уже встал со своих мест, но даже самые нетерпеливые и голодные не спешили устремляться наружу, не выслушав объявление информатора. Перед перепрыжкой большого перерыва не делают. Надо же, действительно, уточнить…

И объявление прозвучало. Только совсем не такое, которого ждали.

Раздался переливчатый гонг, и вкрадчивый дискант информатора-балагура осчастливил собравшихся следующим сообщением:

– Вот, уважаемые зрители, и закончились основные соревнования сегодняшнего дня. Сейчас должен состояться перерыв, а после него – перепрыжка…

– Небось опять про Лизетту завернёт, – поморщился Сергей. Слушать «массовика-затейника» у него никакого настроения не было. – Или про то, что на Аничковом мосту у одного из арабов…

Он хотел сказать – «пах напоминает профиль Наполеона», но не успел.

– К великому сожалению, – продолжал комментатор, – нашему перерыву, видимо, суждено затянуться. Потому что, как стало известно, некоторым недоброжелателям очень не нравится наш праздник, проходивший до этого момента без сучка и задоринки…

По трибунам прокатился ропот недовольства. Люди, ждавшие чёткого объявления о времени перепрыжки или, на худой конец, хохмы, проникновенного обращения не оценили. Кое-где послышались даже свистки…

– …Так вот, – выпалил информатор, – к нам поступило сообщение… Дворец спорта заминирован!!!

Раздался откровенный взрыв хохота. «Ну, артист! Ну, отмочил!..»

– Господа!.. – Даже мощные динамики не могли перекрыть шума в зале. – Я не шучу!..

Хохот на трибунах только сделался громче, и где-то в недрах оргкомитета запоздало сообразили, что жизненно важное сообщение было доверено, мягко говоря, не тому.

– Администрация, – раздался совсем другой голос, – просит всех без исключения присутствующих, соблюдая порядок, без суеты и без давки покинуть помещение дворца!

Люди недоумённо переглядывались. Кто-то перестал смеяться и встревоженно озирался, заподозрив, что это всё же не шутка. Другие – благо материала на эту тему у нас нынче хоть отбавляй – рассказывали анекдоты о взрывах, киллерах и банкирах:

– …Бросил он, значит, ему в окно «Мерседеса» гранату – и наутёк, а кольцо-то, как выяснилось, и не дёрнул… А ведь после армии парень. Так учат…

– Встречаются два одноклассника: «Ты кем теперь?» – «Да так, киллером…» – «А я бизнесменом!» – «Правда? Ну, значит, ещё увидимся…»

Веселье в зале резко пошло на убыль только тогда, когда с верхнего яруса Дворца спорта начала спускаться милиция.

– Уважаемые зрители, – повторила женщина-комментатор, – перепрыжка состоится сразу после получения информации о безопасности дальнейшего проведения соревнований. Просим всех присутствующих временно покинуть зал…

Милиция не спеша двигалась вниз по проходам, с безукоризненной вежливостью обращаясь к упрямцам, оставшимся на местах. Люди уходили неохотно, только потому, что с ОМОНом у нас спорить не принято. В то, что где-то в укромном углу впрямь лежит и зловеще тикает бомба, не верил почти никто.

Теперь слышались совсем другие реплики:

– Позор-то, а?.. Как же – малая Европа… держи карман… Только в России у нас такое… Бардак, блин!..

– И кому вообще понадобиться могло? Поймать бы да портки снять…

Там, где на трибуне сидели спортсмены, не попавшие в перепрыжку, поднялся лёгкий переполох. Когда объявление продублировали по-английски, конники дружно подхватились с мест (а кто понимал по-русски, те и дожидаться не стали) – и бегом, прыгая через сиденья, ринулись в сторону боксов с лошадьми. На просвещённом Западе предпочитают не ждать, пока жареный петух в задницу клюнет. Там реагируют по первому же сигналу…

– Я Аньку… – рванулся было Сергей, но Панама перехватил парня за руку. Сыщик был очень серьёзен, но, с другой стороны, видел, что ситуация всё же не напоминала гибель «Титаника». А значит, и беспомощных девушек спасать необходимости не было.

– Пошли, – он повёл жокея к выходу, – мы её в холле у выхода подождём.

Внизу, ограничивая коридоры, по которым двигались зрители, живыми цепями стояла милиция. Перед самым выходом на улицу Панама остановился, и вместе с ним Сергей. Ближайший милиционер корректно потребовал:

– Проходите, пожалуйста, не останавливайтесь, – и добавил более требовательно: – Не загораживайте проход!..

Панама вынул удостоверение:

– Мне надо человека дождаться. Чтобы не было осложнений…

Сержант не дрогнул при виде грозного документа.

– Товарищ, а вы не могли бы на улице подождать?

– Не могу! – отрезал Панама.

Сержант нехотя отступил в сторону и пропустил их с Сергеем себе за спину:

– Тогда прошу здесь… только обратно в зал и не пробуйте – всё равно не пропустим…