Буквально через секунду Губач выскочил из укрытия, и женщина увидела его. Все ее внимание было сосредоточено на Губаче, и Клитман поднялся из-за камней.

Сидя в кожаном кресле и наклонившись вперед, Штефан продолжал:

– Все это ложь, мой фюрер, все это ложь. Это попытка ввести вас в заблуждение, чтобы вы поверили в высадку в Нормандии. Это основная задача заговора подрывных элементов в Институте. Они хотят заставить вас совершить кардинальный просчет, который не уготован вам будущим. Они хотят, чтобы вы все свое внимание сосредоточили на Нормандии, в то время как настоящая высадка состоится...

– В Кале, - закончил Гитлер.

– Совершенно верно.

– Я всегда считал, что это будет район Кале, севернее Нормандии. Они пересекут Па-де-Кале в самом узком месте.

– Вы совершенно правы, мой фюрер, - подтвердил Штефан.
– Тем не менее войска все же высадятся в Нормандии седьмого июня...

В действительности это произойдет шестого июня, но погода в этот день будет настолько плохой, что немецкое верховное командование не поверит, что союзники решатся на проведение операций при таком бурном море.

– Но это будут незначительные силы, чтобы привлечь ваши элитные танковые дивизии на побережье Нормандии, в то время как настоящий фронт будет открыт позже в районе Кале.

Эта информация пришлась по вкусу диктатору, который имел свое предвзятое мнение и твердо верил в свою непогрешимость. Он снова сел в кресло и стукнул кулаком по столу.

– Вот это действительно похоже на правду, Штефан. Но я видел документы, отдельные страницы истории войны, привезенные из будущего...

– Подделка, - ответил Штефан, рассчитывая, что параноик проглотит ложь.
– Вместо подлинных документов они вам предъявили подделку, чтобы сбить вас с толку.

Если повезет, то обещанная Черчиллем бомбардировка состоится завтра и уничтожит Ворота, всех тех, кто может их воссоздать, и все документы до единого, которые были привезены из будущего. А фюрер будет лишен всякой возможности провести глубокое расследование для выяснения правдивости слов Штефана С минуту Гитлер молча сидел, глядя на "люгер" на столе и напряженно думая. Наверху возобновилась бомбардировка, и картины запрыгали на стенах, а карандаши в медном стакане.

Штефан с нетерпением ждал реакции фюрера.

– Как вы сюда попали?
– спросил Гитлер.
– Как вам удалось воспользоваться Воротами? После побега Кокошки и тех пятерых они усиленно охраняются.

– Я не пользовался Воротами, - сказал Штефан.
– Я явился к вам прямо из будущего, использовав пояс для передвижения во временном пространстве.

Это была самая смелая ложь, так как пояс не являлся машиной времени, а только механизмом для возвращения и имел одну-единственную функцию: вернуть его владельца в Институт. Штефан рассчитывал на невежество политиков: они знали обо всем происходящем понемногу, но никогда не изучали глубоко ни одного вопроса. Гитлер знал, что такое Ворота и что такое путешествие во времени, но, конечно, лишь в общих чертах; он не знал подробностей, к примеру, таких, как назначение поясов.

Если бы Гитлер понял, что Штефан прибыл к нему после возвращения в Институт с помощью пояса Кокошки, он бы догадался, что Штефан расправился с Кокошкой и пятерыми другими и что они вовсе не дезертиры, и тогда рухнул бы весь сложный вымысел о заговоре в Институте. А Штефану пришел бы конец.

Нахмурившись, диктатор спросил:

– Вы пользовались поясом без Ворот? Разве такое возможно?

У Штефана пересохло во рту, но он старался говорить убедительно - Да, мой фюрер, это совсем просто. Можно так настроить пояс, что он не только будет устанавливать связи с Воротами для возвращения домой, но и позволит перемещаться во времени в соответствии с нашими желаниями. Хорошо, что это так, потому что, если бы я вернулся к Воротам, чтобы потом отправиться сюда, меня бы схватили евреи, которые сейчас их контролируют.

– Евреи?
– Гитлер был поражен.

– Да, мой фюрер. Насколько я понимаю, заговор в Институте организовали сотрудники, которые имеют еврейскую кровь, но скрыли этот факт.

Лицо безумца исказилось от внезапной ярости.

– Евреи. Всюду, везде. А теперь вот в Институте.

Услышав эти слова, Штефан понял, что повернул ход истории на прежний путь.

Судьба стремится восстановись предопределенный ход событий.

Лора сказала:

– Крис, тебе лучше спрятаться под машиной.

Пока она говорила, человек на юго-западном фланге поднялся из-за укрытия и помчался вдоль края сухого русла по направлению к ней и к небольшому песчаному наносу, за которым можно было спрятаться.

Лора вскочила на ноги, зная, что "Бьюик" защитит ее от стрелка за "Тойотой", и открыла огонь. Первые пули взвихрили песок и выщербили камни под ногами бегущего человека, но следующая очередь пришлась ему по ногам. С криком он упал на землю, где его снова настигли пули. Он дважды перевернулся, перевалился через край сухого русла глубиной тридцать футов и полетел вниз на дно Как раз в то мгновение, когда раненый исчез за краем обрыва, Лора услышала стрельбу, но не из-за "Тойоты", а позади, за спиной. Она не успела обернуться, несколько пуль ударили ей в спину, и она упала лицом вниз на каменистую почву пустыни.