– Пока я буду заниматься стеклом, - сказала Дел, - ты возьми бумажные полотенца и собери всю воду с коврика и сиденья. И вымети разбитое стекло.

Поблизости не было ни жилых домов, ни офисов, и пустынная, заброшенная улица казалась Томми просто еще одним кадром из старого фильма об обезлюдевшей Земле - о постапокалиптическом мире, который вспомнился ему в супермаркете. По эстакаде над его головой с грохотом проносились тяжелые грузовики, но, поскольку их самих не было видно, нетрудно было вообразить, что это громыхают неземные машины, выполняющие заложенную в них программу разрушения.

Да, подумал Томми, с таким диким, необузданным воображением в пору было писать фантастические романы вместо детективных.

В грузовом отсеке он заметил большую картонную коробку с упаковками собачьих галет. Перехватив его недоуменный взгляд, Дел пояснила:

– Сегодня днем я делала покупки для Скути. С этими словами она вытряхнула упаковки на пол и взяла картонный ящик в руки.

– Это твой пес, да?

– Не просто мой пес. Скути - это Пес с большой буквы, воплощение идеальной собаки, самая спокойная и умная псина на этой Земле. Несомненно, облик собаки - это его последняя ипостась перед достижением нирваны. Вот он какой - мой Скути!

Она достала новенькую рулетку и, сняв точные размеры разбитого окна, стала вырезать из картонной коробки прямоугольник. Покончив с этим делом, Дел засунула картонку в один из пластиковых пакетов для мусора, тщательно загнула край и заклеила его липкой лентой. Еще несколько кусков ленты пошло на то, чтобы закрепить ставший водонепроницаемым картон в пассажирской двери фургона.

Пока она работала, Томми орудовал полотенцами, стараясь убрать с сиденья воду и осколки стекла, одновременно рассказывая Дел о том, что случилось после того, как жуткая тварь выключила свет в его кабинете. Закончил он красочным описанием аварии и того, как тварь выскочила из пылающего "Корвета".

– Ты говоришь, она стала больше?
– переспросила Дел.
– Насколько?

– Примерно в два раза, - ответил Томми.
– И она изменилась. Чудовище, которое ты видела, очень сильно отличается от той твари, которая появилась из тряпичной куклы. Оно стало гораздо более страшным и странным.

Пока они работали, под эстакадой не проехало ни одной машины, и Томми начал беспокоиться. Все чаще и чаще он бросал нервные взгляды то в одну, то в другую сторону, каждую секунду ожидая, что страшный преследователь вот-вот шагнет из темноты непогожей ночи, но за пределами их бетонного убежища продолжала бесноваться буря, тонны и тонны воды обрушивались на землю, и Томми практически ничего не видел.

– И как ты думаешь, что это может быть?
– спросила Дел.

– Я не знаю.

– Откуда взялось это существо? Томми пожал плечами.

– Что оно хочет?

– Убить меня.

– Почему?

– Не знаю.

– Ничего-то ты не знаешь!

– Я знаю.
– Томми машинально кивнул и невольно улыбнулся.

– Чем ты занимаешься, Туонг Томми? Томми проигнорировал намеренное искажение своего имени и ответил:

– Пишу детективные романы. Дел рассмеялась.

– Тогда как получается, что в этом деле ты никак не можешь найти никаких концов?

– То выдумка, а это - реальная жизнь.

– Нет.
– Дел рассмеялась.

– Что?

– Такой вещи не существует, - серьезно объяснила она.

– Не существует реальной жизни?

– Вопрос реальности - это только вопрос восприятия. Восприятие меняется, и реальная жизнь изменяется вместе с ним. Следовательно, если под реальностью понимать осязаемые объекты и предсказуемые события, то такой вещи, как "реальная жизнь", не существует.

На сиденье и на коврик под ногами Томми извел два рулона бумажных полотенец. Бросив последние из них в кучу у стены, он сказал:

– Ты что, из этих - Предвестников Нового Века, которые говорят с духами и лечатся при помощи энергии камней?

– Нет. Просто я считаю, что реальность - это вопрос ощущения.

– Звучит вполне в духе философии Нового Века, - заметил Томми, возвращаясь к машине, чтобы посмотреть, как Дел будет заканчивать свою работу.

– Ничего подобного. Когда-нибудь, когда у нас будет больше времени, я тебе объясню.

– А до тех пор, - заметил Томми, - мне придется бесцельно блуждать во мраке невежества, не имея никакой путеводной звезды.

– Сарказм тебе не идет.

– Ты закончила? А то я что-то замерз. Держа в одной руке бритвенное лезвие, а в другой - моток липкой ленты, Дел отступила на шаг назад и, прищурившись, полюбовалась на свою работу.

– Пожалуй, от дождя она защитит, - заметила она.
– Но я бы не сказала, что эта заплата на видном месте слишком ласкает глаз. Похоже, мне так и не удалось сказать новое слово в дизайне автомобилей.

В полутьме, царившей под эстакадой, Томми не мог как следует разглядеть фрески в стиле арт-деко, которые делали фургон столь похожим на музыкальный автомат; единственное, что он видел, это то, что краска с правой стороны "фордика" была ободрана во многих местах.