— Ну да ладно, ты и так мне здорово помог. Кстати, сейчас уже вечер, так что Дворец закрыт. Обычно новички ночуют в Приюте, но я бы предложил тебе переночевать у меня — квартира большая, места для двоих более чем достаточно. Что скажешь?

— Спасибо, — искренне поблагодарил Абэ. — А тебе это точно не доставит неудобств?

— Нет, ну что ты! Он будет только рад! — снова влезла в разговор Печать.

— Она права, — подтвердил Хусянь. — К тому же, ты сильно понравился Кости. Я еще ни разу не слышал, чтобы она кого-нибудь приглашала беседовать о поэзии.

— Ну что вы… — смущенно пробормотала Кость.

— Если так, буду рад, — поклонился Абэ.

— Идем! — вскочил Хэй, рассовывая артефакты по карманам. — Завтра я провожу тебя до Дворца, где тебе все объяснят про Город. А пока всем нам не помешало бы отдохнуть.

Абэ встал и двинулся следом. На улице дул прохладный ветерок, где-то вдали пел сверчок.

Ясутика вдохнул свежий летний воздух полной грудью и посмотрел на небо. Как раз появилась еле заметная луна. Прохожих вокруг почти не было, только несколько человек тихо разговаривали у входа в кафе и курили странные длинные трубки.

— А, кажется, этот Город — красивое место! — сказал Ясутика.

Хэй посмотрел на него и улыбнулся:

— Да, красивое. Странное и непонятное, но красивое. Думаю, тебе здесь понравится! Осваивайся, так как уйти отсюда пока еще никому не удавалось!

«Как-то раз честный и всеми уважаемый горожанин, чье имя мне не известно, под утро был разбужен детскими криками под окном. Играли мальчик и девочка.

— Карли, Карли, ты так на демона похож! — закричала девочка.

Вслед за этим раздался топот бегущих ног, рычание и крик. А потом все замолкло. Когда горожанин выглянул в окно, на улице никого не было.

Видимо, и правда был похож!»

У Айрис был свой инкуб. Можно было, конечно, сказать, что у инкуба была своя Айрис, но она предпочитала первую формулировку.

Каждую ночь она видела его во сне, и каждую ночь они занимались любовью. Такое положение дел Айрис вполне устраивало, поэтому любовника-человека она себе так и не завела. Нет, время от времени она делала попытки, но с людьми было гораздо сложнее — у них у всех были свои заморочки и недостатки, мириться с которыми ей не очень-то и хотелось. Инкуб забирал у девушки какую-то часть энергии, но не так уж много. Она не возражала, так как прекрасно понимала, что инкубу тоже нужно что-то есть.

Смерти своего инкуба она не хотела — он ей очень нравился. По временам, сжимая его в объятиях, она даже воображала, что немножко любит его. Совсем чуть-чуть, потому что разве может человек в своем уме влюбиться в демона, которого видит во сне?

Единственным, что смущало Айрис, было то, что все считали ее одинокой женщиной. Соседка, женщина лет сорока с седыми волосами и ярко красными губами, при виде Айрис все время делала такое скорбное выражение лица и так тяжело вздыхала, что было ясно — она всей душой сочувствует бедной одинокой девушке. Что еще хуже, время от времени та же соседка или сослуживцы пытались сосватать ей какого-нибудь молодого человека. Причем, какими критериями они руководствовались при выборе кандидатов, было совершенно непонятно — видимо, хватали первого же мужчину, у которого хватало глупости в их присутствии заявить, что он не женат.

Вначале Айрис пыталась отбиваться от назойливой помощи, но потом смирилась. Она покорно высиживала час-другой на церемонном чаепитии, вежливо, но холодно говорила с молодыми (если был удачный день) людьми, и сбегала домой. К счастью, до того, чтобы приглашать всех к ней домой, ее доброжелатели все же не додумались.

Айрис долго терпела такое положение вещей, но в конце концов не выдержала.

Услышав в очередной раз за спиной участливый шепот, она отпросилась с работы пораньше и, с трудом сдерживая слезы, прибежала домой.

Дома она разрыдалась. Кажется, терпения у нее совсем не осталось, все эти встречи с «избранниками» становились абсолютно непереносимыми. Надо было дать отпор непрошенным доброжелателям, или, наоборот, смириться и отказаться от инкуба, чтобы найти себе подходящего парня и зажить с ним обычной жизнью. Конечно, в глубине души ей больше хотелось первого — второй вариант ее страшил, она вообще плохо сходилась с людьми. С демонами было гораздо легче. Но так она обидела бы своих друзей и знакомых, навсегда заслужила бы репутацию синего чулка, да и, надо признать, она все же видела смысл в словах окружающих.