Шум достиг апогея. Только в этот миг я не мог предположить, что он слышан только мне одному.

Бац! Бац! Бац!

Лампа полетела на пол и с треском разбилась о камень. В отличие от служителей Арнака я был готов к новому толчку. Ловко перескочив через падающего стража, я выскочил в длинный узкий коридор. На секунду остановившись, я вдохнул упоительный запах пока еще совсем призрачной свободы. Воздав хвалу своему - первому глупому волшебству.

Не зная дороги, я бежал наугад: по узким извилистым коридорам, стараясь как можно скорее отыскать выход из этого ужасного места. Сердце билось в бешеном ритме, наполняя меня уверенностью в счастливом исходе. Слишком уж просто удался мой побег, и слишком близка сейчас была удача, которую я вот-вот смогу ухватить за хвост.

Но возможно мне стоило подумать и совсем о другом, противоположном исходе событий: о смертельных пытках и неминуемой гибели. Только размышлять о подобном - совсем не хотелось.

Забежав в боковой пролет, я едва не наскочил на внезапно возникшую перед лицом стену. Случайная преграда откинула меня в сторону, и упав на холодные плиты, я сильно ударился плечом. Меня словно опустило с небес на землю. Внезапная эйфория быстрого и удачного побега бесследно улетучилась, окрасившись мрачными красками панического страха - в один миг я осознал, что здешние стены ни за что на свете не выпустят меня на свободу.

Паника коснулась меня своей ледяной дланью, заставив совершить еще один необдуманный поступок. Я резко встал на ноги и кинулся в противоположную от тупика сторону. Но и здесь буквально через пару секунд наткнулся на холодную стену Арнака. Не веря собственным глазам, я возбужденно ощупывал острые грани препятствия.

Вместе с осознанием собственной беспомощности, из пустоты коридоров донеслись жуткие вопли измученных жертв тюрьмы. Внезапное ощущение собственного превосходства, разбившись о неприступные стены, обратило меня в жалкую букашку, неспособную справиться со своими собственными страхами.

Самой страшной тюрьме королевства не требовалась многочисленная охрана - коварный лабиринт был не хуже зоркого и неподкупного надзирателя. Я метался в отчаянье, пытаясь отыскать единственно верный путь, способный вывести меня на свободу.

– Святые звезды! Светлоокая Ваора! Дай мне силы, - жалобно прошептал я в пустоту.

Но и следующий узкий коридор привел меня прямиком к новой стене.

Мрачные тени, от крохотных лампад, тускло освещавших сложные переходы, насмехались над моими отчаянными попытками. У них, как и у жестоких служителей тюрьмы не было сострадания.

Бесконечные ступени и тупики, змеиными лабиринтами опутавшие тюремные стены, казались безжалостнее самого жестокого палача.

Уткнувшись в очередную преграду, я упал на колени и застонал от безысходности. В пору было требовать у хитрого Рока путеводную нить из легенды о храбром Нике, который смог найти нужный путь благодаря щедрому подарку прекрасной девы. Только уповать на судьбу было бессмысленно, в реальной жизни все выглядело куда прозаически.

Я попытался выдавить из себя скупую слезу. Бесполезно. Здешним обитателям отнюдь не привыкать к страданиям заключенных.

Закрыв глаза, я попробовал успокоиться. И в эту самую минуту меня словно подкинуло на месте. Арнак невзирая на мои многочисленные мольбы медленно сдавал свои позиции, уже не создавая вид самой беспощадной тюрьмы королевства. Теперь и его обуревали странные, но вполне ощутимые мучения, а чужая и неведомая мне сила вновь и вновь будоражила непреступные стены.

Землетрясение повторилось, и я увидел, как из длинных трещин потекли извилистые струйки воды. Я осторожно прикоснулся к приятной влаге, попробовал на язык и в ужасе отшатнулся. Вода была соленой. Будто сотни тысяч мучеников решили утопить Аранак в собственных слезах.

Вскочив на ноги, я резко обернулся; совсем близко послышались чьи-то быстрые шаги. Осторожно подойдя к одной из стен, я выглянул из-за угла. Из самой глубины мрачного коридора послышался шум. В темноте замелькали беглые яркие огоньки. Я сильнее вжался в стену - напрасно надеясь, что зоркие очи стражей не заметят меня в этом крохотном закутке.

Гул заметно нарастал, и вскоре, я в ужасе зажал уши, различив истошные крики и вопли сотен, а может быть тысяч людей. В их руках призывным огнем, ярко сияли факелы, а их лица искажала чудовищная гримаса - словно звери, вырвавшиеся из клеток, они полной грудью опьянено вдыхали запах свободы.

На противоположной стороне коридора, как из-под земли, возникло несколько стражей. Выставив вперед короткие мечи, они создали некое подобие стены: но ни крепкие ирианские доспехи, ни острая сталь, были уже не в силах остановить надвигающуюся волну заключенных. Я захотел зажмуриться и избавить себя от кровавого действа - как тогда в "Придорожном весельчаке", - когда неведомое существо с легкостью лишало жизней "Стальных волков". Однако в этот раз я нашел в себе силы и переборол панический страх.