— В траве они, мать их! — Сцедил сквозь плотно сжатые зубы ругательством капитан разведчиков.

— Эй, Ветан, а ну-ка спусти ищеек, нехай прочешут во-он тот район! — Махнул рукой Рослан, и все увидели, как у него и у Ибрагима на ладонях засверкали молнии. Ого, началось самое интересное!

— Взять! — Заорал разведчик и мерзкие тварюги бросились по очерету в указанном Ветаном направлении. Тридцать метров слева чуть глубже к Ульям Грез. Веселенькое дельце! Неужто полукровка решился переступить черту Грез? Ведь они и до этого бежали от них по самому рубежу, ну так тут болота, совсем другое, так сказать, дело? Не щадит, падаль себя, вывернуться хочет любой ценой! Что ж — это их выбор!

Магия и клинки наготове — эльфы и эльфки стелются в частоколе беззвучно, с той возможностью с какой запрограммировала с раннего существования их матушка природа.

И тут на тебе!

Дикий и надсадный рев — ха-а-а-а-арг-гх!!!

До ушей докатывается волна ярости и… треск разрываемой клыками материи!

Есть!! Взяли таки!!

— Сто-оять! Стоя-ать!! — Орал звонко кап Ветан.

— Лиса! Стрелу на ориентир!

Лучница ящеркой — шустро и красиво: шу-уг-гх!

Древко ушло в высохшую траву.

Надеемся, не пришпилило раньше времени кого? Живы ищейки? Живы…

Мечники оказываются на пятаке, оккупированном ищейками, озадаченные лица солдат излучали полный калейдоскоп противоречивых эмоций.

— Ну-у! Что там?..

Рубаки молчали. Молчали и ждали кап Ветана с дружиной.

— А-ах! — Юлай подавил плевок разочарования и град ругательств.

Ветан отобрал из пасти самой бойкой твари тряпку и поднял к верху.

— Что это, Дьен возьми, такое?

— Как что, мешок! — выпалил громко его напарник — разведчик Юлай.

— Какой еще мешок? — Все еще отказывался во что-либо понимать Ветан, при этом постепенно закипая.

— Дорожный мешок, — понятливо разъясняет эльфар Ибрагим, оглядываясь вокруг. — Я не могу отыскать их по…

— Да они точно где-то рядом! Носом чую! — Оборвал Рослан.

Зверье затявкало и ринулось к болотам, драконам в пасть!

— Эй! Эй! Куда, паршивое отро…

— Они в Ульях! В Ульях!! — Зазвенел голос Ибрагима.

Эльфы столкнулись с неприступной стеной — суеверным страхом Призрачного мира и его порождений. Но приказ — есть приказ!

— Лиса! Бабочка! Луки наизготовку! — Командовал Ветан.

Молоденькие эльфки в маскэкипировках заложили на тетивы стрелы и последовали за командирами.

Повеяло замогильным холодом. Температура резко упала. Словно в один миг переступили через невидимый порог, и оказались по ту сторону реальности.

Рев и рычание — твари дрались по камышу и лозняку.

До слуха Ветана уже донеслось шлепанье лап по воде и треск сухой травы. О! Бестии на границе с…

Ры-ры-ры… ры-р-р-р-ры!

В каких-то пару метров от Шоста.

Ры-ры-ры-ры-ры…

Теперь возле Ирвин и Оливии.

Себастьян сжался взведенной пружиной — сейчас!

— Тиль-тиль!

— Ищейки их почуяли!

— Во гады! Спрятались в болоте! И не боятся…

— Лиса! Бабочка! Цельтесь!

— Я их не вижу! Где они?

— Льюсьенн, а ну закрой пасть!

Ры-ры-ррр…

Крысоподобная морда выступила из стены травы привидением, истинным хозяином здешних мест, пасть мутанта приоткрылась и вязкие слюни покатились в болотную жижу. Под лапы. Конечно, оно увидело цель! Без труда увидишь жалкие, забившиеся в страхе и ужасе тела. Беглецы рядом. До жертв — легкий бросок. Осталось…

Лапа ступает вперед, клыки тянутся к горлу Ирвин, зверь удавом подтягивается к добыче. Глаза горят зеленым огнем.

Себастьян очень-очень тихо переносит тяжесть на левую ногу, а правую готовит…

Ирвин и Оливия каменеют. Шост зачаровано следит за страшным действом.

— Тиль-тиль-тиль…

— Тиль-ти…

Товарки ищейки прокладываю дорогу рядом.

Пасть раскрывается для хватки, а нога полукровки для удара…

Хря-ясь!

Сапог Себастьяна вмазывается монстру в бочину, та изворачивается, пытается огрызнуться клыками, но пинок сбивает ее с лап, она летит в воду, ломает камыш и с головою погружается в тину, захлебывается, фыркает и рычит, выныривает, запутывается в водорослях и пузом ускользает глубже, погружаясь в вонючую муть за чертой Зоргана.

Последующего ужаса и кошмара подмастерье не забудет никогда!

Никогда и своего поступка не забудет и Себастьян.

На ищейку со всех сторон набрасывается подводная нечисть. Клочок Призрачного мира закружился и завихрился. Чудища дотянулись, наконец, до вожделенной горячей плоти. Крови. Они впивались в монстра, в исчадие эльфарских лабораторий с первобытной яростью. Грызли, кусали, рвали и высасывали лакомые кусочки. Клубок пастей, когтей и клыков то погружался, то опять всплывал на поверхность. Вокруг летели клочья тины, ряски и водорослей. Камыш ломался и гнулся под ордой наползшей нежити. Со всех уголков Улей Грез накатывались волны воплей, визгов и рева — тварье бесновалось, мчалось к поживе, но не всем выпала столь редчайшая возможность.