Граф подошёл ближе, внимательно осмотрел покойного, покачал головой и задумчиво перевёл взгляд на Зару, снова принявшую человеческий облик:

–  Страшные вы существа, э-эрри! Куда до вас некромантам! Я ведь ничего прочесть не могу, даже имени, потому что там, в голове, вообще ничего нет. Хотя, и так понятно, что это наш знакомый по приёму у Койхаэла Тхоры. Интуиция не подвела, только удар он нанёс первым. Устроил засаду?

–  Да, на Вас. Я просто случайно оказалась рядом.

Девушка почувствовала лёгкое покалывание в висках и,

вспомнив о защите, сняла её. Ему хочется прояснить картину случившегося - пусть читает её мысли, роется в воспоминаниях. В конце концов, помешать она не сможет, а терпеть неудобства не хочется.

–  Зара, Зара, ну какой из Вас дипломат!
– вздохнул Нубар, узнав всё, что требовалось.
– Неужели нельзя было иначе избавиться от домогательств Атонгера?

–  Посмотрела бы я на Вас, будь Вы девушкой и окажись на моём месте!
– прошипела Зара.

Эрш рассмеялся и подал ей руку:

–  Пойдёмте, сеньора Канре, пока сюда не нагрянула стража, и нас не посадили за решётку. Не сомневаюсь, что она уже рядом: не могли оставить жители безнаказанным ваше светопреставление и нанесённый их имуществу урон.

Создав телепорт ('Тут и так всё пропахло магией, так что

можно себе позволить'), граф через мгновение уже будил стуком деревянного молотка заспанного гостиничного слугу. Кинув ему мелкую монету, Нубар помог спутнице подняться по лестнице. В комнате он усадил её на кровать, внимательно осмотрел её порезы и поинтересовался:

–  Будете ждать, пока сами заживут, или помочь?

Зара промолчала, предоставив ему решать самому. Он выбрал магию. Сначала Нубар очистил ранки от остатков стекла, затем, осторожно касаясь подушечками пальцев, заживляя, очертил линии порезов. Вслед за этим он попросил девушку наклонить голову и, ловко вытащив шпильки, вытряхнул на пол запутавшиеся в волосах осколки.

–  Если что-то ещё найдёте, то сами. Сил у Вас хватит. Идите, приводите себя в порядок и ложитесь спать. У нас обоих выдался не самый лучший вечер.

–  Сеньор Эрш, - Зара замерла на пороге ванной, - простите меня за пощёчину...

–  Да не сержусь я, Вы просто немного перестарались. Не берите в голову!
– махнул рукой начальник, достал из сумки какую-то баночку и положил на постель.
– Вот, смажете лицо и плечи, там, где стекло глубоко вошло в кожу. Кажется, я всё вытащил, но проверьте. А мазь для того, чтобы следов не осталось, и инфекции не было.

Девушка улыбкой поблагодарила его и скользнула за дверь.

Глава 35.

Бель Сеговей по ту сторону пространственного зеркала внимательно записывала продиктованные негласным Первым министром Антории сведения. Слегка наморщив переносицу, она порылась в памяти и назвала пару имён агентов, работавших на пограничных с Суйлимом территориях. Обещала сейчас же связаться с ними и попросить наладить связь с местным населением.

Она гордилась тем, что ей доверили столь важное задание -

значит, доверяют. Да ещё в обход прямого начальника... Впрочем, это не был приказ, всего лишь просьба, но для неё это было всё тем же заданием.

А, быть может, её проверяют? Многие до сих пор не доверяют Арилану, король тоже осторожен, хотя и не так, как три года назад. Да и должность во Дворце заседаний у бывшего принца не соответствует титулу. Впрочем, ему прочат место столичного бургомистра, хоть и по прошествии некоторого времени. Бель бы не удивилась, если бы и ей перестали доверять. Но ведь не уволили же из Департамента безопасности!

–  Слышал, Вас можно поздравить, герцогиня Сеговей, - в заключение лукаво поинтересовался Эрш.

Девушка вспыхнула, но потом взяла себя в руки и ответила утвердительно:

–  Как же быстро расползаются новости! Вижу, Вы, как и Его величество, в курсе всего происходящего в Антории. И даже за её пределами.

–  Вы переоцениваете мои скромные возможности, сеньора, просто некоторые мои сотрудники столь несдержанны, что не могли не поделиться этой новостью. Что ж, берегите себя и не перетруждайтесь. Мои наилучшие пожелания Вашему супругу.

Бель кивнула и поблагодарила за внимание, проявленное к её семье. Оно ей не нравилось: слишком многих интересовало её 'интересное положение', но сеньора Сеговей ещё до свадьбы с последним представителем опального рода знала, что так будет.