Пока Котельников проклинал всех и вся, из машины вылез казах. За собой невысокий старик тащил РПГ-16 - ручной противотанковый гранатомет, размером едва не превышающий самого Джафара. Андрей хорошо представлял мощь этого орудия; если граната попадет в преследующий их бронетранспортер, то едущим внутри парням Улугбека не позавидуешь - кумулятивная струя не только легко прожжет броню, но и создаст внутри корпуса избыточное давление, губительное для всего живого. Только стрелять из такого ствола сподручнее в городских джунглях, из-за угла, из укрытия - в общем "по-партизански". Здесь же, в пустынной местности, гранатометчик подвергался смертельной опасности. А желания погибнуть не возникало даже у флегматичного казаха.

Договорились метнуть жребий. Странно, но Андрей, вытаскивая палочку из кулака Джафара, абсолютно ничего не чувствовал. Никакого волнения: дрожания рук, мельтешения мыслей в голове. Спокойствие разливалось по телу; мозг отстранено отметил, что доставшаяся его владельцу палочка не сломана, а, следовательно, на смерть идти не капитану.

А вот Котельников, тянущий вслед за Андреем, заметно нервничал. Испарина покрыла лоб сталкера, губы еле слышно что-то шептали, а веки постоянно прятали зрачки. Боялся, очень боялся бывший майор таинственного Улугбека. Боялся тянуть жребий. И боялся, как оказалось, не зря. Неровно обломанная палочка заплясала в его дрожащих руках; лицо побелело.

–  Держи, Сергей, - казах уже протягивал РПГ сталкеру. Тот согнулся под тяжестью орудия.

–  Такова судьба… - прошептал Котельников.
– Видать, на роду мне написано от руки Улугбека погибнуть. Ладно, - устало махнул рукой, - давайте прощаться, что ли…

–  Сергеич, брось ты фигней страдать! Ничего страшного не случится. Поджаришь бэтэр, а потом мы тебя прикроем.

–  Нет… уходите. Я, только я Улугбеку нужен. Про ваше существование он, наверное, и не догадывается. Уходите к морю, на юг. Там сталкеры всегда пригодятся. Все! Хватит лясы точить! Пошел. Я там, внизу, укромную ложбинку заметил, там и залягу. Авось, повезет…

Котельников развернулся и легким шагом поспешил вниз, с холма.

–  Умирать пошел, - покачал ему вслед головой Джафар.
– Нехорошо…

–  Да что ж хорошего!
– согласился капитан. Ну а мы что делать будем, а старик?

–  Помочь надо Сергею, - казах приник к оптическому прицелу своей винтовки.
– Уже Улугбека видно…

–  Андрей!
– Джафар грубо оторвал от воспоминаний.
– Смотри, что придумал.

Старик достал из огня раскаленный докрасна нож.

–  Совсем плохой Сергей! Надо огнем его лечить.

–  Думаешь?
– капитана передернуло от одной мысли подобной экзекуции.

–  Правду говорю. Иначе - умрет. День, два - и умрет.

…У Котельникова осталось достаточно времени, чтобы не только добраться до "укромной ложбинки", но и замаскироваться там. Сталкер вывалял в песке, предусмотрительно захваченный с собой старый плащ, сделав его практически одного цвета с окружающей поверхностью. Сергеич накрылся этим покрывалом с головой, не оставляя снаружи абсолютно ничего - благо его ухоронка оказалось немного в стороне от той воображаемой прямой, соединяющей "Ниву" на холме и показавшиеся машины бандитов.

Джипы и бронетранспортер, завидев застывший на месте автомобиль Котельникова, остановились. Через несколько секунд, получив приказ, наемники Улугбека высыпали из машин. Бронетранспортер фыркнул двигателями и неспешно, подстраиваясь под шаг рассыпающихся в цепь за ним бандитов, двинулся вперед. Когда наемники, наконец, выстроились в боевой порядок, с места тронулись и джипы, водители которых, соблюдая определенную дистанцию, готовы были в любой момент погрузить "десант" обратно.

–  А который из них Улугбек?
– Андрей прильнул к прицелу "Никонова". Оптика его автомата, конечно, ни в какое сравнение не шла с линзами на винтовке Джафара, но силуэты позволяла различать довольно отчетливо.

–  Видишь джип за БТРом? В котором, кроме водилы человек остался?

–  Да, - черты лица пассажира на таком расстоянии определить было нельзя.

–  Это и есть Улугбек.

Свист пуль перервал беседу. Причиной, по которой бандиты открыли огонь, скорее всего, стал солнечный блик на линзе прицела. Андрей как можно сильнее вжался в сухой песок - тратить попусту пули на таком расстоянии он не решался. Зато Джафар, не раздумывая, открыл огонь. Стрелял казах редко, но практически после каждой вылетевшей из затвора гильзы его лицо искажал радостный оскал: пули находили цель.

Количество свинцовых комочков, пролетающих над головами капитана, резко сократилось: атака наемников захлебнулась. Бандиты уже не шли в полный рост; они сами упали в песок и осторожно, по-пластунски, стали продвигаться наверх. А вот бронетранспортер напротив, прибавил газу. Надсадно ревя, механический монстр начал забираться на холм, все более удаляясь от ползущих "десантников". Экипаж БТРа даже не открывал огонь по "Ниве". Приказ Улугбека?

Стальная громада приближалась; до нее оставалось каких-то сто метров, когда зад бронетранспортера будто подняла какая-то невидимая рука и с грохотом опустила на землю. Наемники, порядком отставшие от своего главного огневого средства, сначала даже не поняли что произошло, пока кто-то не разглядел в дыму одинокую фигуру, стоящую метрах в пятидесяти от бронетранспортера. Котельников не промахнулся.