— Рад знакомству, — сказал Грэг, пожимая руку Минди.

Лена хотела что-то сказать, но передумала. Тем временем Митчелл уже открывал дверь.

— До скорого, — оглядываясь на бывшую подругу, проговорил он.

— Угу, — промычала та, думая, что за последние пять минут не сказала ни одного нормального слова.

Дверь захлопнулась, оставив женщин недоуменно оглядывать друг друга.

Минди нервно захихикала, а за ней и Нэн, причем прозвучало это чересчур громко и неестественно.

— Ладно, мне пора на работу, — заявила гостья и хотела поцеловать Нэн в щеку. Та отстранилась, но, в последний момент сообразив, что ведет себя странно, наклонилась к Минди и задела ее по носу.

Минди засмеялась.

— Я тебе позвоню!

— Ну ладно. — Нэн покраснела до кончиков ушей. — Сегодня вечером я дома, а завтра — в библиотеке… — Она смотрела куда угодно, только не на Лену. — Это чтобы ты знала, куда звонить.

— Договорились. — Улыбка Минди стала чуть менее естественной. — Рада познакомиться! — добавила она, повернувшись к Лене.

— Взаимно.

Гостья украдкой взглянула на Нэн.

— До скорого!

Дверь захлопнулась во второй раз, и Лене показалось, из комнаты выкачали весь воздух. Щеки Нэн до сих пор полыхали, а сжатые в тонкую полоску губы, наоборот, казались мертвенно-бледными.

— Она милая, — проговорила Лена, решив сделать первый шаг.

— Да, — кивнула Нэн. — То есть нет! Она, конечно, милая, просто… Боже мой! — Нэн зажала рот руками.

Нужно срочно сказать что-то позитивное!

— Минди симпатичная.

— Ты правда так думаешь? — снова вспыхнула Нэн. — Хотя это не важно, я только…

— Слушай, все в порядке.

— Прошло слишком мало времени.

Ну что еще сказать? Лена никогда не умела утешать и проявлять нужные эмоции — об этом даже Митчелл несколько раз говорил, а потом собрался и ушел.

— Грэг к нам постучался, — рассеянно проговорила Нэн и, когда Лена шагнула к двери, пояснила: — Не сейчас, раньше… Мы с Минди как раз были в гостиной. Ну, просто разговаривали, и тут появился он… — Нэн перевела дыхание. — Он отлично выглядит!

— Да уж…

— Сказал, что старается больше гулять. Мол, для его ноги это лечебная физкультура. Грэг не хотел показаться назойливым… Ну представь, мы бы встретили его на улице и спросили, зачем вернулся в город.

Лена кивнула.

— Он не знал, что ты здесь, в смысле, что мы живем вместе.

— Ясно…

Снова повисла неловкая пауза, а потом женщины заговорили одновременно.

— Ну… — вырвалось у Нэн.

— Думала ты на работе — у Сары.

— Я отпросилась до обеда.

Лена рассеянно поглаживала дверную ручку: так, похоже, Нэн собиралась хранить свидание в тайне. Может, ей стыдно, а может, опасается реакции соседки.

— Вы с ней пили кофе? — спросила Лена.

— После Сибиллы прошло слишком мало времени, — глухо отозвалась Нэн. — Когда ты пришла, я заметила…

— Что?

— Минди похожа на тебя. На Сибиллу… Конечно, не такая красивая! — тут же поправилась она. — Не такая… — Нэн потерла глаза, а потом прошептала: — Черт!

И снова у Лены не нашлось нужных слов.

— Идиотские линзы! — Нэн опустила голову, но Лена заметила: глаза соседки слезятся.

— Все в порядке, Нэн, — тихо произнесла Лена, почему-то чувствуя ответственность за происходящее. — Прошло целых три года, — напомнила она, хотя самой казалось, что трагедия разыгралась не несколько лет, а несколько дней назад. — Ты должна жить. Сибилле бы хотелось…

Нэн кивнула, не давая ей договорить, и громко засопела.

— Пойду лучше сниму эти штуки, — помахав руками у лица, проговорила она. — Ощущение такое, будто в глазах иголки.

Нэн чуть ли не бегом бросилась в ванную и закрылась на защелку. Может, спросить, все ли в порядке? Нет, это будет верхом назойливости. Лене даже в голову не приходило, что однажды у Нэн появится личная жизнь. Целых три года она считала подругу асексуальной, существующей лишь в формате их общего дома особой. Боже, да ведь все это время Нэн было страшно одиноко!