— Скажи, — поворачивая к шоссе, попросил Толливер, — зачем наивной девушке с фермы уносить из стриптиз-клуба спички и прятать их в чреве любимой плюшевой игрушки?

Так вот почему шефа заинтересовал Снупи!

— Хороший вопрос, — открывая коробок, отозвалась Лена. Полный — похоже, Эбби ни одной спички не использовала.

— Заеду к тебе в половине одиннадцатого.

Когда в дверях появилась Тесса, Сара лежала на диване, прикрыв лицо влажной салфеткой.

— Сисси, ты дома? — позвала женщина.

— Я здесь, — отозвалась из-под салфетки хозяйка.

— Боже! — воскликнула Тесса, и Сара почувствовала, что сестра недалеко от дивана. — Что Джеффри сделал на этот раз?

— При чем тут Джеффри?

Нажав на кнопку, Тесса отключила музыкальный центр, оборвав рваные аккорды джаза.

— При том, что ты слушаешь Долли Партон, только когда расстраиваешься из-за бывшего мужа.

Подняв салфетку, Сара взглянула на сестру: та изучала футляр для диска.

— Думаю, шестую композицию ты пропустила! — хмыкнула Тесса, положив футляр поверх стопки, которую составила Сара, когда выбирала, что послушать. — Боже, выглядишь ужасно!

— Потому что чувствую себя так, — призналась Сара. Вскрытие Эбигейл Беннетт стало самым тяжким испытанием из всех, что пришлось пройти в последнее время. Девушка умерла жуткой смертью: одна за другой отказывали жизнеобеспечивающие системы, и последним — мозг. Эбби понимала, что происходит, чувствовала каждый шаг приближавшейся смерти, пока не наступил страшный конец.

Сара так расстроилась, что, преодолев отвращение к сотовому, позвонила Джеффри. Увы, вместо сочувствия и поддержки ее ждали вопросы о деталях вскрытия. Толливер так спешил, что даже не попрощался.

— Вот, гораздо лучше, — кивнула Тесса, когда в колонках послышался шепот «Стального Дэна».

Доктор Линтон выглянула в окно: надо же, солнце зашло.

— Сколько времени?

— Почти семь, — объявила сестра, регулируя громкость. — Мама кое-что тебе послала.

Тяжело вздохнув, Сара села, и салфетка сползла на пол. На полу у дивана коричневый бумажный пакет.

— Что там?

— Тушеная говядина и шоколадный кекс.

В желудке заурчало, и впервые за целый день она почувствовала, что проголодалась. Будто по сигналу, в комнату вбежали борзые. Несколько лет назад Сара спасла «мальчиков» от неминуемой смерти, и в благодарность они ее объедали.

— На! — Тесса угостила Боба, который, будучи покрупнее и посмелее, обнюхивал пакет. Вслед за братом подошел Билли, но его прогнали. — Ты когда-нибудь их кормишь?

— Изредка.

Подняв пакет с пола, Тесса поставила его на стол рядом с бутылкой вина, которую, едва вернувшись домой, откупорила Сара. Доктор Линтон даже не переоделась. Налила вино, сделала большой глоток и, захватив льняную салфетку, без сил рухнула на диван.

— Тебя папа привез?

— На велосипеде приехала, — процедила Тесса, пристально наблюдая, как сестра наливает себе вина. — Я бы за глоток человека убила…

Сара открыла было рот, чтобы заговорить, но потом передумала. Ее сестра сидит на таблетках и спиртное даже не нюхает. Но ведь Тесса взрослая, да и она ей не мать.

— Знаю, знаю, — кивнула сестра, без труда разобравшись, что на уме у Сары. — Помечтать-то можно? — Открыв сумку, она вытащила целую стопку корреспонденции. — Вот, смотри, что принесла! Ты хоть иногда в почтовый ящик заглядываешь? Тут, наверное, миллиард каталогов.

На одном из конвертов было что-то коричневое, и Сара подозрительно принюхалась. Слава Богу, подливка!

— Прости, — быстро проговорила Тесса, доставая бумажную тарелку, обернутую алюминиевой фольгой. — Наверное, протекло.

— Ладно, ладно, — разворачивая фольгу, почти простонала ее старшая сестра. Боже, фирменный торт Кэти Линтон, рецепт которого передавали друг другу женщины трех поколений семьи Эрншо! — Нет, тут же слишком много… — заметила Сара: куска с лихвой хватило бы на двоих.

— Вот еще. — Из пакета вынырнули два пластиковых контейнера. — Это для вас с Джеффри.

— Договорились! — Достав из ящика вилку, доктор Линтон уселась на табурет.

— Ты что, мясо не будешь? — удивилась сестра.