Острый угол обозначает направление. Чем длиннее треугольник, тем дальше нужно идти до следующего. Это понятно?

— Да.

— Может, и выберешься сам, — сказал Ларс, но в голосе его особой уверенности не чувствовалось. — Эй, Херберт! — Он быстро повернулся к сиберу. — Поднимайся, нам пора выходить.

— Я Херберт. — Силиконовые губы разошлись в привычной улыбке. — Я готов. А хотите, я расскажу вам смешную историю?

— Заткнись! — Ларс и Яр рявкнули одновременно.

Херберт икнул и умолк. Но ненадолго. Он выпрямился, осматриваясь, тряхнул оружием, медленно поднял правую руку, вытянул один палец из четырех имеющихся и спокойно сказал:

— Демоны.

Палец его указывал точно на черную фигуру, застывшую в двери вагона.

Яр, будто зачарованный, уставился на обнаруженного хурба. Ларс выругался и повис на руке сибера, пытаясь ее опустить.

— Демоны здесь, — повторил улыбающийся Херберт. Левой рукой он ухватил одно из болтающихся на нем оружий и легко сорвал его с ремня. — Будет бойня, — доверительно сообщил он, осторожно отстраняя сопротивляющегося Ларса и пытаясь заслонить его собой.

Хурб шевельнулся.

Яр поспешно отвел от него взгляд, понимая, что только что совершил чудовищную ошибку, и холодея от осознания этого. Он обернулся, посмотрел на дыру туннеля и увидел, как из глубокого мрака одна за другой выступают зловещие черные фигуры.

А потом за бетонным забором послышались голоса.

Борис Саппер, больше известный как Узкоглазый Бор, вымотался настолько, что даже ругаться уже не мог. Он брел в самом хвосте сильно растянувшегося отряда и угрюмо мечтал поскорей вернуться домой. По сторонам он не смотрел, с товарищами не разговаривал. Железная дубинка давно уже стала неудобной обузой — он не выкидывал ее лишь потому, что боялся гнева Хама.

А Проволочник совсем обезумел. Ну, зачем он поперся в старинные развалины, бросив на подступах всю технику? Что ему надо от этих беглецов? Огнеметательный танк они оставили — взять бы его на буксир, оттащить домой и успокоиться на этом. Но нет, Хам не таков! Хам, видите ли, не намерен упускать обманувших его чужаков!

Ну и как долго будет длиться это преследование?

Хам вконец ополоумел, правду люди говорят. То демоны ему какие-то мерещились. Теперь он, бросив все, безоглядно бросился в никому не нужную погоню. Что дальше-то будет?

Не пора ли проволочникам перестать быть проволочниками? Новый лидер — новое название, новая жизнь…

Борис Саппер споткнулся, выронил дубинку. Присел на каменный обломок, высморкался, вытер пальцы о штанину.

— Не отдыхать! — рядом возник один из приспешников Хама. В руках — боевой ствол, кажется, скорострельный «Пак», произведенный в Носибе.

И где только Хам добывает армейское оружие? Снабдил им своих старых приятелей, а об остальных не позаботился: обходитесь, мол, как и раньше, дубинами и пиками. Его бы самого заставить с такими первобытными орудиями идти в атаку! На тот же самый огнеметательный танк, к примеру…

— Я запнулся просто, — сказал Бор, потирая ногу. — Сейчас встану.

— Палицу подбери, — велел откормленный приспешник и отступил.

Борис вздохнул.

По узкой тропке мимо него брели такие же усталые и злые проволочники. Алхаз, Влад, Нино, Григ, Устам — все с дубинками и длинными ножами, пропылившиеся, пропотевшие. Большинство из них родились на окраинах, им такое существование привычно. А он не такой, он еще помнит настоящую, достойную человека жизнь.

Борис подобрал дубинку. Буркнул под нос:

— Как дикарь.

— Что? — возле него приостановился Хайл — невысокий крепкий мужичок, с которым они часто пересекались на ночных дежурствах.

— Говорю, мы тут, как дикари.

— А, — понимающе кивнул тот и убавил громкость вставных наушников, предлагая тем самым продолжить беседу.

— Никак не могу привыкнуть, — пожаловался Бор.

— А ты не думай об этом.

— Не получается.

— Вот возьми мои запасные. Должно помочь. — Хайл протянул ему крохотные музыкальные вкладыши с логотипом «Твинз».

Дальше приятели шагали вместе, слушая речитативы чернокожего Свена Ломана.

Вскоре дорога уткнулась в завалы. Хам позволил отряду чуть передохнуть, поджидая отставших. Пошли слухи о скором возвращении, и это несколько подняло настроение людям. Кто-то запалил костер, кто-то подключил к развлекательной сети переносной медийник, кто-то взялся обносить знакомых конфетами — отмечал день рождения. Но веселья не получилось: минут через двадцать вернулись разведчики, доложили Хаму, что по ту сторону завалов находится брошенная рельсовая дорога, сказали, что видели издалека подозрительное движение возле старой водонапорной башни.