– Есть проверенный вариант, – поведал он за мгновение до того, как Ибба был готов капитулировать под грузом отчаяния.

????

– Покажи мне женщину, которая не любит цветов? – предложил-попросил жадон. И тут же остановил скривившегося командира. – Стоп. Я не это имел в виду. Цветы – это, так сказать, фон. Общая идея. А следующим шагом мы найдем для нее тот цветок, который никто и никогда еще своей женщине не дарил.

– Заповедные Миры? – взгляд Иббы из страждущего превратился в прицельный.

Дегир усмехнулся про себя. Да-да, вот именно за это командир и получил титул двай-длора. Мгновенная ориентация что во времени, что в пространстве, что в невысказанных идеях.

– Абсолютно точно, – кивнул жадон. – Нам всего-навсего осталось выбрать планету. И крайне желательно, чтобы она была как можно менее доступна. Ну, на другом конце галактики, например.

– Принято, – дела у Иббесана двай-длор Хараним Болена очень редко расходились со словами и идеями. Мгновенный поворот корпуса, и над столом соткалась трехмерная карта галактического диска, разделенная белыми реками звездных рукавов.

Двай-длор движением кисти приблизил к себе матовое колесо галактики и закрутил его, уходя от обжитых секторов империи.

– Ты думаешь про то же, про что и я? – поинтересовался он через плечо.

– Несомненно, – подтвердил Дегор, вглядываясь в карту. – Нам всего лишь надо понять, посещение какого мира будет выглядеть наиболее эффектно. Ну, и прибыльно, соответственно. Айпа? Баарида? Тайрас? Гвиррава?

Ибба задумчиво провел пальцем по коротенькому рукаву, притулившемуся на краю галактики. На другом краю.

– Гвиррава, – понимающе кивнул Дегор. – Но это самая проблемная планета из всех. Посещение рукава Эфриина запрещено. Статус опасности – наивысший….

Сказал, и тут же понял, что дальнейшее обсуждение, уже, в принципе, бессмысленно. Наиболее опасный вариант из всех. Что тут еще обсуждать? Он не ошибся.

Иббесан двай-длор Хараним Болен оторвался от карты. На его лице блуждала предвкушающая улыбка.

– Ну, Дегор, собирай танору, – он махнул рукой в сторону коротенького рукава. – Боевой старт! Мы едем рвать цветы.

Угольно черная картина космоса, раскинувшаяся за панорамным стеклом рубки «Иельды» – платформы, на которой перемещалась танора по галактике, расцвечивалась тремя яркими пятнами: голубой диск Гвирравы, желтый круг ее светила, и белое пятно спутника, прячась за которым «Иельда» и подбиралась к одной из самых загадочных и труднодоступных планет в галактике. Хотя, особого смысла прятаться не было: данные имперского Центра Заповедных Миров ясно указывали, что уровень развития аборигенов не ушел дальше колеса и домашних животных, которых они использовали в качестве тягловой силы. Правда, эти данные не обновлялись почти три стандартных имперских цикла, но что серьезного могло случиться за это время? Всего-то сто-сто пятьдесят оборотов Гвирравы вокруг своей звезды. На империи за три цикла даже мода не меняется. Так что маскировка в данном случае была явной перестраховкой. Но Боевой Устав есть Боевой Устав. Его Ибба, в отличие от имперских законов, не нарушал никогда. И надо сказать, это себя оправдывало.

– Признаться, сейчас я понимаю, почему сюда не рекомендуют ходить, – Ибба, просматривающий отчет о состоянии корабля, недовольно нахмурился. – Восемь процентов неустранимых повреждений – это почти рекорд для нас. Больше было только при прорыве обороны Сухимила. Сколько мы тогда получили, не помнишь, Дегор?

– К тому показателю лучше вообще не приближаться. Тогда у нас было двадцать шесть, почти критическая граница, – тонкая фигура Дегора отчетливо выделялась на фоне звездного полотна. Он внимательно рассматривал приближающийся белый диск единственного спутника непонятной Гвирравы, как будто надеялся там увидеть что-то необычное. Услышав вопрос, он все же оторвался от своего созерцания и повернулся к командиру.

– Но ничего странного на самом деле. Сколько слоев безопасности мы пересекли по уменьшению? Шесть? На этот сектор даже экстремальная страховка не распространяется. Для империи тут вообще ничего нет. Одни пираты и мигрирующие расы.

Ибба покривился. Эти восемь процентов повреждений как раз и пришлись на две встречи с неожиданно хорошо вооруженными пиратами и один контакт с дрейфующей по просторам галактики расой ивгинлов. Злобных кочевников, передвигавшихся на четырех искусственных мирах, на дикий нрав и мощную систему противокосмической обороны которых, жаловались даже пленные пираты. Те немногие из них, которых Ибба решил расспросить напоследок.

– Главное, что боевые капсулы в порядке, – продолжил Дегор. – Без них на планете делать нечего. А тут мы уже почти прибыли. Теперь только спрятаться получше на спутнике, и, собственно, все. Короткий сброс, – и рейд по планете. Можно даже по прямой рвануть. Ускорением с платформы, чтобы энергию лишнюю не тратить.

Ибба пожевал губами.

– Не знаю, не знаю. Не люблю я простые выходы.

– Это предложение, – пояснил Дегор. – Мы еще Мишада не слышали.

Он посмотрел на часы над головой Иббы.