Ущелье кончилось резко, словно кто-то стер часть скалы. Вполне возможно, что так и было – Вариан слышал, что около пятисот лет назад здесь располагалась школа чародеев. Сильному магу ничего не стоит разнести скалу в пыль.

Вариан на мгновение ослеп, так резок был переход из тени в свет. Проморгавшись, эльф увидел вполне мирный склон, поросший мхами и лишайниками. Деревья встречались, но выглядели, словно вот-вот упадут. Хмыкнув, он вытащил топорик и повалил ближайший сушняк. Дров требовалось немного, и Вариан вполне удовлетворился этим деревцем…

Он уже собирался уходить, когда услышал плеск воды. Вариан покосился на пустую фляжку и пошел к воде, на всякий случай оставив дрова около входа в ущелье. Горы – беспокойное место, здесь встречаются самые разные существа, по большей части враждебные разумным созданиям. К тому же тащить с собой тяжелые дрова просто глупо…

 У воды – это оказалась небольшая речка, - было спокойно. Вариан подозрительно принюхался к воде, которая имела неправильный коричневый оттенок, но ничего подозрительного не заметил. Скорее всего, подземные воды задевали какую-то жилу, окрашиваясь в коричневый. Эльф пожал плечами, наполнил фляжку…

…и резко вскочил, блеснув метательным ножом. Прямо на него из темноты смотрели серовато-желтые, остекленевшие глаза. Но их обладатель не был мертв в полном смысле этого слова – он двигался, челюсти с остатками кожи сухо щелкнули, полусгнивший нос настороженно втянул воздух, костлявые лапы, на которых мышцы повисли бесформенными и ненужными кусками мяса, шевелились, как и голый костяк хвоста. От живого существа в нем остались лишь важнейшие органы – мозг, сердце, легкие - а все остальное давно истлело, обнажив костяк. Любое нормальное разумное существо, не привыкшее к таким зрелищам, имело все шансы упасть в обморок. Вариан же стоял спокойно, безбоязненно рассматривая голый череп чудища с непропорционально увеличившейся верхней челюстью. Но он не спешил переходить к атаке.

Нежить еще немного постояла в сорока-пятидесяти метрах от Вариана, потом развернулась и неспешно, с сознанием собственной безопасности, пошла прочь. Эльф скверно выругался: нежить была права. Он не станет метать стальной нож, который не причинит ей ровно никакого вреда, а от бегущего эльфа, да и от коня, она с легкостью ускользнет, да еще и поиздевается. Вариан вполне мог некоторое время бежать наравне с галопирующим конем, но догнать зарыгу у него не получалось никогда.

– Надеюсь, она там только одна… - пробормотал он, возвращая нож на место. Но Вариан не пытался обмануть себя. Он знал, что зарыги, такие слабые в бою, никогда не ходят в одиночку.

– Где ты был? – недовольно спросил Норид, когда Вариан вернулся обратно. – Мы уж думали, на охоту пошел…

– Да уж, на охоту, - фыркнул эльф, сваливая дрова в кучу. – Зарыгу видел… что-то везет нам в последнее время на нежить… Мертвую.

– Зарыга… плохо. Неужели опять с каким-нибудь магом драться придется? – Норид поморщился. Магов он не любил именно по причине их трудноубиваемости. Впрочем, за это их недолюбливали все наемники империи Харр.

– Вряд ли. Но я видел только одну, вполне возможно, что она просто отстала от стаи, - предположил Вариан и начал складывать полешки шалашиком. – К тому же тут магам делать нечего, да и собак нет…

В отличие от волкодов и оборотней, чье происхождение оставалось неясным (Имирит постоянно делал кое-какие намеки, из чего Вариан заключил, что тот подозревает, но рассказывать о своих догадках ученый не спешил), происхождение их отдаленных родственников было известно. Зарыги большей своей частью принадлежали к классу "поднятых", и являлись упырями… но несколько необычными. Как и зомби, и упырей, зарыг поднимали некроманты, но использовали для этого крыс. Достаточно было создать одну-единственную зарыгу, чтобы через несколько дней их количество возросло до многих десятков – эти твари обладали способностью "заражать" как живых (этих-то и относили к "условно живым"), так и мертвых собратьев. Если же учитывать привычку крыс селиться колониями…

– Все равно плохо, - поморщился Имирит. – Ну, сюда-то они не сунутся, тут ущелье и труп химара, но вот на равнине, когда с гор спустимся…

– Будем надеяться, что они отстанут…

– Эх, жаль, времени нет, - посетовал Имирит. – Я бы им такой подарочек приготовил! Да что там рассусоливать, выберемся на равнину, там посмотрим…

Ночь они провели относительно спокойно, сменяя друг друга на часах. Зарыги, если они и были, не спешили нападать. Но Вариан все равно был настороже и постоянно ожидал услышать вой, означающий крупную стаю. И наконец дождался. Странный скулеж вперемежку с щелканьем, писком и рычанием проник в ущелье, породив эхо… и оборвался, спугнутый другим воем – громким, тоскливым, но все же грозным.

Это выла оборотниха.

На этот раз они не рискнули выходить ночью, опасаясь быть просто сметенными со склона стаей зарыг, в существовании которой были уверенны. Но стоило рассвету коснуться гор, товарищи тронулись в путь...

Как оказалось, выбраться на равнину было нелегким делом. Поясной хребет напоминал линейку, поставленную на ребро – так же длинен, относительно невысок, узок и крут. В тот день Вариан не раз возблагодарил строителей тракта, который выполнили свою работу на совесть. Дорога была усыпана скалами и проборождена трещинами, ее преграждали речки, а скалы угрожали обрушиться на голову любителям риска (химар отнюдь не испытывал восторг от большого количества всевозможных гуманоидов и постарался сделать проход невозможным), но она все-таки была и медленно вела их прямо на восток…