– А мы вообще-то бубенец на козла вешаем, - под всеобщий смех ляпнул какой-то мальчишка.

– Молчи, бесово отродье! – строго посмотрел на пацана "просветитель". Мальчишка быстро скрылся за спинами взрослых, а старик продолжил, с каждым новым словом все больше распаляясь: - О, народ слепой, что не видит дальше носа своего! Как же вы не поймете, что нельзя так…

– Эй, дедушка, перестань, а? – выскочил вперед молодой парень, в котором Вариан узнал Норида. Эльф усмехнулся: его товарищ был из тех, о ком говорят "каждой бочке затычка". – Ей, есть тут честные люди, уважающие старость и бред? Отведите деду домой, а? А то вон, от его слов уже все птицы сюда слетелись, на представление смотрят!

Горожане поспешно начали оглядываться. Действительно, пичужек собралось многовато, но связано это было скорее с неуклюжей торговкой зерном, которая все время сыпала его на землю. Норид тем временем продолжил трещать, своим звонким голосом заглушая опасного сумасшедшего:

– Ну чего ты, на солнышке перегрелся? Всем же известно, что боги создали все народы единовременно, дабы жили они в равенстве и согласии, да? Дай-ка лоб пощупаю… ой, да он горячий совсем! Эге-гей, народ честный, кто старика домой отведет, а то мне ужас как спешить надо! У кого совесть такая, что не может выдержать скорбного зрелища умирающего от лихорадки старика, который так много сделал людям?

– Па-а-шли, деда! – пробасил кузнец и уволок сопротивляющегося старика прочь. – Дома отоспишься, встанешь веселый и здоровый! Пошли!

Толпа недовольно загудела; впрочем, возмущение было подобно тому, какое испытывают после окончания хорошего представления без выхода на "бис". Вариан ухмыльнулся. Он никогда не сомневался в горожанах, которые принимали у себя все и всех, впитывая всю грязь общества и словно растворяя ее в себе: в Пустоземье приходили и воры, и убийцы, причем в таком количестве, что должны были бы уже истребить друг друга. Но Пустоземье существовало и продолжало существовать крепким, суровым и одновременно дружелюбным городом, не замечая прибывающих преступников.

В Пустоземье все свои.

– Эй, Норид!

Полукровка мгновенно оторвался от разговора с миловидной девушкой и подошел к товарищу.

– Привет, Вариан. Ты чего?

– Деньги, - коротко сообщил эльф. Наемник шутливо хлопнул себя по лбу.

– А, ты про это! Держи, держи. Ты убил… три… еще два… еще два… и одна дома, на твоем попечении… Вот, твои восемь монет! Про ту, сам понимаешь, я никому не сказал, так что она считается за убитую. Не думаю, что нужно всех посвящать в наш заказ. Еще, чего доброго, делиться придется…

Вариан остро взглянул в лицо товарища. Несмотря на якобы шутливый тон, он был мрачен.

– Может, и впрямь прирезать ее? Столько беспокойства ведь. Старик-то дурной, а если кто еще узнает? Нас же на кол посадят, а потом серебром еще… для надежности…

– Я тебя не узнаю, Вариан, - покачал головой Норид. – С каких это пор ты стал таким осторожным? Не о тебе ли идут слухи, что ты прикончил самого герцога Шинны, а потом сам же прибежал докладывать о его смерти?

– Слухи, - пожал плечами эльф. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах заплясали чертики. – Не стоит им так верить.

– Ага, и генерала Арданской армии не ты на тот свет отправил… и упырей не ты заставил перебраться на другую сторону реки Лески, чтобы они напали на мирный город, который просто отказался платить дань тамошнему священнослужителю… И…

– Слушай, я прослужил в наемниках более века. Ты как, все мои подвиги перечислишь или хоть один да забудешь? Я ведь тоже могу перечислить твои задания. Минотавра и дракона в первую очередь…

– Ладно, ладно, - примирительно выставил ладони вперед Норид. – Все, не буду. Ну если все это провернул, то чего беспокоишься? Тебе ли убегать, а?

Эльф не стал отвечать, что он уже устал. Устал исполнять такие задания, устал убегать от погони, устал постоянно встречаться со своим прошлым и отворачиваться от него в надежде забыть. Ему просто хотелось спокойно пожить в этом городе. А этот трижды проклятый заказ и четырежды проклятая клятва никак не давали ему покоя…

– Ничего, - махнул он рукой. – Совсем ничего, Норид.

– Рррр-авр! Ррр!

– Ну, не хочешь пить как хочешь. Насильно не предлагаю. Есть-то будешь?

– Ррррраг! Ррраввв!

– Что, совсем?

– Ррррррр! Грррр!.. Аурр!

– Ах ты, зараза!!!

– Мирная добрая собачка, так и ластится к хозяину, - довольно заключил Норид, с любопытством разглядывая укус на запястье приятеля. Оборотниха умудрилась-таки поцарапать эльфа, но очень слабо. Даже руку не отрезала. Сам наемник стоял неподалеку, чтобы успеть прийти на помощь в критической ситуации, но и не попасть под раздачу в случае несерьезной.

– Ага, такая милая, что аж жалость берет, - съязвил Вариан, тряся окровавленной рукой. Порез был не особо серьезен, но болезнен. Даже после того, как Вариан залечил его, боль продолжала пульсировать, беспокоя эльфа. – Эх, если бы не клятва, то я бы тебя…