— Понимаешь, она… Она — не от мира сего.

— Все не без греха. Извини. Продолжай.

— Я серьезно. Она даже прихрамывает как-то… изящно, грациозно. Словно, дурачится, будто играет, как ребенок.

— Она хромая? А говоришь, «совершенство».

— В том-то и дело…

— Она кто? Бывшая спортсменка, балерина?

— Не думаю. Видишь-ли, Игорек…

— Вижу, ты влюбился, дорогой! По-настоящему. Наконец-то! Поздравляю! Рад за тебя. Тебе этого дела давно пора было хлебануть. Завидую. Честно говоря, раньше был убежден, ты законченный нарцисс. Она кто?

— Курьер.

— Хромающий курьер? Что-то новое. «Я милую узнаю по походке!».

— Игорь! Перестань! — начал злиться Майк, — У тебя это звучит как-то особенно… запредельно цинично.

— Все врачи циники. Без этого не проживешь, — пожал плечами Верко.

Естественно, в самый неподходящий момент распахнулась дверь кабинета, на пороге возникла медсестра. С неимоверно ярким румянцем на щеках.

— Игорь Палыч! Там мотоциклиста привезли. Весь в кровище…

— Во второй кабинет, — не поворачиваясь, ответил Игорь, — Раздевай его пока.

— Как это!? — округлив глаза, спросила медсестра, — Я… раздевай?

— Сними штаны, куртку, рубашку….

— У него нога, рука и ухо рваное. Все в крови.

— Будет жить! — не глядя на нее, констатировал Верко, — Если не взяли «по скорой», травмы не смертельные. Иди, иди, готовь его. Раздевай.

— Может, вы сами, Игорь Палыч?

— Привыкай. Выйдешь за алкаша, навыки пригодятся.

— Никогда не выйду за алкаша!

Медсестра резко повернулась и вышла из кабинета.

— Что у твоего «совершенства» с ногой? — спросил Верко, как только за румяной медсестрой захлопнулась дверь.

— Я не знаю, — покачал головой Майк.

— Должен знать. Что, когда, как произошло? Где лечили?

Майк на все вопросы только отрицательно мотал головой. Игорь Верко начал тихо звереть. Он любил во всем ясность, четкость и определенность.

Хоть какая у нее нога, знаешь? На какую она хромает? Правая, левая?

— Левая.

— Уже что-то! Так, глядишь, дойдем до сути. Что с ней было? Перелом, родовая травма, болезнь? Какой диагноз поставили врачи? В какой больнице.

Майк смотрел на него с какой-то беспредельной тоской. Так собаки смотрят на хозяина, когда чувствуют, тот уезжает и с собой не берет.

— Игорь! Помоги! На тебя вся надежда.

— Что ты хочешь от меня? — заорал Игорь Верко, — Совсем спятил!? Хочешь, чтоб я на расстоянии поставил диагноз? И вылечил ее заочно? Она где сейчас, в коридоре?

Майк опять отрицательно помотал головой.

— Ты действительно по-настоящему влюбился? Окончательно спятил!

Игорь Верко несколько раз шумно вдохнул и выдохнул. Потом отвернулся к окну.

— Так! Начнем сначала. От печки. Кто она?

— Совершенство, — тупо ответил Майк.

— Но хромает на левую ногу, — уточнил Верко.

— Это только подчеркивает ее незаурядность.

— Да-а… — тяжело вздохнув, протянул Верко. Он по-прежнему, не глядя на Майка, сидел, отвернувшись к окну, — Трудно с тобой. С влюбленными и психбольными всегда трудно. Впрочем, это одно и то же. Чего ты хочешь от меня?

— Ты мой друг. Ты хирург от Бога.

— Это я знаю, — прервал Игорь.

— Хочу, чтоб ты избавил ее от хромоты.

Игорь Верко резко повернулся и несколько секунд мрачно и молча, смотрел на Майка.

— Не вижу логики. Говоришь, она — совершенство.

— Безусловно. Ты что, кретин, не понимаешь о чем я говорю!?

— Допустим. Допустим, я, как ты выражаешься, избавлю ее от хромоты. Подниму все свои связи, напрягу друзей врачей, устроим ее в лучшую клинику. Но в таком случае…

— Что? — нервно спросил Майк.

— Она перестанет быть совершенством. Потеряет индивидуальность.

— Прекрати дешевую демагогию!

— Станет заурядностью. Каких пруд пруди.

— Она страдает!!! Ты что, не понимаешь!? Совсем дебил?

— Страдания украшают женщин! Совершенства без жертв не бывает.

— Пошел-ка ты… знаешь куда!?

Майк резко поднялся из-за стола и направился к двери.

— Погоди, погоди! Не кипятись. Хорошо, хорошо. Дай ее адрес. По своим каналам влезу в ее районную поликлинику. Там в регистратуре должна быть медицинская карта. Я все узнаю. День, два, не больше. Без подробного диагноза со мной никто разговаривать не будет. Хоть это-то ты понимаешь?