И впрямь успели. Корабль пришвартовался у причала Вегаса за день до ежегодной ярмарки или, как ее здесь называли, большого торга. Точнее, за ночь – день клонился к вечеру, а мероприятие начиналось с утра. Почти сразу, прямо как по волшебству, материализовался какой-то мелкий таможенный чиновник, получил плату за стоянку, оформил бумаги и скорее формально, чем всерьез осмотрел корабль на предмет возможной контрабанды. Капитана здесь знали и, похоже, доверяли ему, так что, наскоро заглянув в трюм, чиновник выпил на пару с капитаном по рюмочке, взял пару серебряных монет (как понял Петр, это даже взяткой не считалось – так, почти официальный заработок) и убыл восвояси. Купец, радостный до неприличия, тут же организовал разгрузку судна и вскоре исчез из поля зрения вместе со своим товаром. Граф с супругой, прихватив детей, уехали еще раньше – их в порту ждала карета. То ли граф каким-то образом ухитрился передать весть о своем прибытии, то ли она каждый день тут стояла – не прост граф, честное слово, не прост. Видно, и вправду шпион. А что граф… Ну и что такого? Шпионаж – занятие для дворянина вполне благородное. Да и кто знает, граф ли он вообще.

Петр уходил последним, у него оставалось еще небольшое дело к капитану, а тот был постоянно занят – руководил разгрузкой. Да еще Виктория никак не уходила – сидела на палубе возле кают, так чтобы не мешать матросам, и непрерывно следила за Петром. Зачем – непонятно, да и какая разница? Однако капитан, когда, закончив разгрузку, обратил на Петра внимание, моментально все объяснил:

– Она ведь теперь твоя собственность, парень, по законам любого государства. Так что повесил ты себе якорь на шею… – и захохотал, довольный своей немудреной шуткой.

– И что мне с ней теперь делать? – мрачно спросил Петр.

– Да что хочешь – то и делай. Хочешь – продай, хочешь – подари, хочешь – еще как используй.

– Да пускай идет на все четыре стороны!

– А вот это не получится, – посерьезнел капитан. – Пропадет она. Ну, ты сам посуди – ни денег, ни документов, ни даже знакомых в этом городе… Крепостная сбежавшая, не иначе. Любой обидеть может, и ведь обидит. Или ты очень хорошего мнения о людях?

О людях Петр был самого что ни на есть поганого мнения. Да и в словах капитана насчет документов был резон. Для себя-то Петр документы справил запросто – просто посмотрел мельком на документы графа, а уж подделать этот примитив, без фотографий и нормальных печатей, было несложно, ни один местный умник не отличит. А вот для девушки сделать – как-то не подумал. Да и вообще ни о чем не подумал. Надо было с графом поговорить-посоветоваться, глядишь, помог бы или хоть посоветовал что, он вроде неплохой человек, да где же теперь его искать? С деньгами было проще – их у Петра пока что хватало, мог бы и поделиться. Однако он сделал еще одну попытку избавиться от неожиданной обузы:

– Семен Павлович, может, вы ее куда пристроите?

– Нет уж, избави бог, – замахал руками капитан. – Примета дурная, а в море, сам знаешь…

Да уж, в море атеистов не бывает. Особенно здесь, где корабль в несчастную тысячу тонн водоизмещением считается супермегалайнером. Пришлось беспомощно пожать плечами и смириться с тем, что какое-то время придется терпеть возле себя это надутое создание. Однако был у Петра к капитану еще один вопрос, деловой. Ведь кто знает, как пойдут дела дальше, – возможно, база давно разрушена, или передатчик неисправен, или еще чего… Следовало обеспечить себе на такой вот аварийный случай источник доходов и соответственно возможность нормального безбедного существования в этом мире.

– Капитан, вопрос на засыпку…

– Считай, засыпался. Говори.

– Скажите, насколько прибыльно быть судовладельцем?

– Не очень, – после недолгой паузы честно ответил капитан. – Хватает на жизнь, на ремонт судна, немного можно скопить, но и только. Многие капитаны, подобные мне, заканчивают жизнь нищими.

– Тогда почему вы этим занимаетесь?

– А я больше ничего и не умею, да и не представляю себя в другой роли. Мои отец и дед были моряками, отец был боцманом, дед парусным мастером, я вот дорос до капитана.

– А что надо, чтобы сделать это занятие прибыльным?

– Хотя бы еще пару кораблей, желательно побольше «Королевы». Тогда можно было бы…

– Стоп. Избавьте меня от подробностей. Как вы смотрите на то, чтобы я вступил с вами в долю?

– Как и на каких условиях? – тут же подобрался капитан.

Вместо ответа, Петр выудил из кармана оба бриллианта и несколько сапфиров, цену которых он сейчас уже приблизительно представлял. Капитан внимательно посмотрел на него и изменился в лице.

– На это можно купить не меньше пяти шхун…

– А вот технической частью сами займетесь, не надо засорять мне мозги. Я в этом все равно не разбираюсь, мой вклад – деньги.

– Пошли. – Капитан решительно схватил Петра за плечо и потащил за собой, в свою каюту. Опасался, видать, что внезапный приступ острого безумия пройдет и Виноградов откажется от этой затеи. – Артур! Тащи сюда стряпчего!

Словом, спустя час Петр вышел из капитанской каюты уже совладельцем корпорации «Крунин, Виноградов и К°». Компания – это весь экипаж «Королевы Вегаса», который должен был стать костяком экипажей остальных кораблей корпорации. Ну а чтобы люди были надежными, они должны быть в доле, поэтому пришлось идти на эти, не такие уж и большие расходы. Верность стоит дорого, не надо на ней экономить.

Обмывали в трактире, не портовом, но и не в центре города – золотая середина и по комфорту, и по стоимости. Да и места, как ни удивительно, нашлись, хотя ярмарка была на носу и в город понаехала толпа народу, и потому посидели хорошо. В свою комнату Петр уползал уже под утро, честно перепив большую часть команды и спасовав только перед самим капитаном. Ну да тому по должности положено! Капитан на корабле – первый после Бога и первый во всем, включая выпивку.

Утро было даже не мрачным, как в прошлый раз, – оно было просто страшным. Голова раскалывалась так, что казалось, сейчас лопнет. Петр пошевелился – и голова отозвалась новым всплеском боли… Кошмар! Это сколько же он вчера выпил?