Шрифт:
Робер подошел, присел на корточки.
— Позволь мне поговорить с Гуго.
— Поздно. Он получил одобрение Жака и Джея. Время для разговоров прошло. Я не позволю Эдуарду топтать память о моем отце и Эвраре. «Анима Темпли» такой цены не стоит. Я ни за что не стану его пешкой. Никогда. — Уилл вытащил из ножен фальчион — старый шотландский меч, которым сражались его дед и отец. Вот достойное оружие, чтобы поразить Эдуарда. Он бросил взгляд на разбросанные по койке пожитки.
«Неужели это все, что останется от меня после стольких лет напряженных устремлений к добру?»
— Его надо остановить, иначе он погубит Шотландию, а мы ему в этом поможем.
Робер поднялся.
— Король окружил себя единомышленниками. Его сын слишком мал, и править будут они. Шотландия все равно падет под мощью английского войска. Единственное, что ты можешь сделать, — отговорить Гуго от союза с Эдуардом.
Уилл махнул рукой.
— Если мы откажем Эдуарду в помощи, он найдет воинов где-то еще и все равно поведет войско на север. Он…
Уилл замолк. Нет, еще есть выход. Если шотландцам станут известны планы Эдуарда, у них будет время подготовиться.
Он вложил меч в ножны и расстегнул пряжку мантии.
— Что ты собрался делать? — спросил Робер.
Сбросив на пол украшенное красным крестом белое одеяние, Уилл почувствовал облегчение, какого не испытывал многие годы. Он быстро покидал пожитки обратно в мешок, затем набросил на кольчугу простой шерстяной плащ, который использовал вместо подушки.
— Я отправляюсь домой.
— Одумайся, Уилл! — воскликнул Робер. — Ради Бога!
— Войну я остановить не могу, но обязан сделать так, чтобы ему было труднее получить желаемое. И так я и поступлю. — Уилл забросил мешок на плечи. — Эврар был прав: порой за мир приходится платить кровью. Так пусть это будет кровь Эдуарда.
— А как же Темпл и мы? Как же Роуз?
Уилл остановился. В сознании зазвенели слова дочери. «Мои родители погибли в Акре. Оба!»
— А что Роуз? Без меня ей будет лучше. — Он посмотрел на Робера. — Вы за ней присмотрите. Ты и Саймон.
— Тебя по-прежнему терзает уход отца от семьи. Зачем ты делаешь то же самое с ней?
— Отец покинул дом, стремясь принести в этот мир больше добра. Мне не удалось воплотить его мечты. Может быть, нам следовало тверже стоять на Святой земле и чаще браться за мечи, а не болтать языками?
— Мы беремся за мечи, только когда нет надежды на переговоры.
— Вот это время сейчас и наступило.
Робер подошел, взял его руку.
— Но, Уилл, ты не сможешь после этого вернуться. Тебя бросят в тюрьму как отступника и дезертира. Ты понял? Ты не сможешь вернуться.
— А я и не хочу. — Произнеся эти слова, Уилл ощутил, как начинает укрепляться недавно возникшее ощущение цели. Отстранившись от Робера, он шагнул за дверь.
6
Королевский дворец, Париж 14 января 1296 года от Р.Х.
Дверь открылась, и в опочивальню вошла королева, сопровождаемая двумя камеристками, несущими принадлежности для вышивания. Филипп оторвался от чтения пергаментного свитка, следя краем глаза за одной из камеристок, положившей на стол несколько катушек шелка.
— В чем дело? — спросила Жанна, заметив, каким внимательным взглядом Филипп проводил камеристок. Голос ее звучал негромко и мягко.
— Кто эта девушка? — вопросом на вопрос отозвался он, кладя пергамент на стол и вставая.
— Маргарита?
— Нет, другая.
Королеву удивил тон супруга.
— Ее зовут Рози. Она славная аккуратная девушка. А что тебя встревожило?
— Я видел ее месяц назад. Она встречалась с мужчиной недалеко от дворца. Надо велеть дворецкому прогнать ее. — Филипп зашагал к двери.
— Погоди. — Жанна нежно тронула Филиппа рукой. — Вышло недоразумение. Мужчина, которого ты видел, не любовник, а отец.
— Почему же она встречается с ним тайно на берегу реки как какая-то шлюха?
— Он тамплиер.
Филипп вскинул брови.
— У рыцаря-тамплиера есть дочь?
— Да. Мать Рози служила камеристкой у твоей бабушки здесь, во дворце. Венецианский купец Андреас ди Паоло — он поставляет шелка и бархат моему портному — прислал письмо с просьбой пристроить девушку. Я всегда прислушивалась к его советам: Андреас — человек добрых суждений. — Жанна подошла к столу, куда Роуз положила шелковые нитки. Взяла яркую синюю катушку. — Рози мало рассказывала о себе. Я знаю, ее мать умерла в Акре. Она порой плачет ночью — так говорят девушки. — Вздохнув, королева положила катушку. — Мне ее жаль.