Полина тоже заметила полыхнувшие в чаще леса зелёные огни, но не испугалась. Она вообще держалась молодцом: шагала уверенно и ни разу не сбилась с выбранного темпа. Сергей уже решил, что сразивший её внезапный приступ кашля — всего лишь минутная слабость. Но когда впереди показался заросший камышом берег реки с наполовину вытащенной из воды моторной лодкой, девушка остановилась и молча, без криков и стонов, упала на шпалы.

Касарин с Вольтером одновременно бросились к ней, но учёный находился ближе, поэтому подбежал первым. Когда Сергей нагнулся к девушке, тот уже успел оттянуть маску её противогаза и щупал пульс у неё на шее.

— Что с ней?! Она жива?!

— Жар. — Вместо того чтобы ответить прямо «да» или «нет», учёный понёс какой-то бред.

— Что?! — рявкнул на него Сергей.

— Жар, температура. И пульс очень частый. Только бы не пневмония, — озабоченно пробормотал Вольтер. — Давайте-ка перенесём её в лодку.

Из его путаных объяснений Сергей понял главное — Полина жива. Он подхватил на руки её хрупкое тело и зашагал к берегу. Вольтер суетился вокруг, пытаясь помочь, но только мешал. Сергей всё равно не доверил бы ему нести Полину — учёный и сам-то еле держался на ногах от усталости. Он благополучно добрался до лодки и хотел уложить девушку на дно, но Вольтер внезапно заголосил:

— Стойте! Что это? Откуда? Это ваше?

Перегнувшись через борт, он выхватил из лодки ярко-жёлтую квадратную коробку с красным крестом.

— Да отойдите же! — прикрикнул на учёного Сергей. Сейчас его меньше всего интересовало, откуда взялась в лодке странная коробка.

Аккуратно пристроив Полину между сиденьями, он подложил ей под голову рюкзак. В этот момент девушка тяжело вздохнула и открыла глаза.

— Что-то я совсем расклеилась, — еле слышно прошептала она. — Воды, наверное, наглоталась… Злая эта вода…

— Всё будет хорошо, — уверенно сказал Сергей. — Вот и Вольтер говорит…

Однако учёный вместо того, чтобы поддержать его, продолжал вертеть в руках найденную коробку. Сообразив, наконец, как она открывается, он приподнял крышку, заглянул внутрь и только после этого поднял глаза на Сергея.

— Да это армейская аптечка! — радостно воскликнул он. — Тут и кровоостанавливающее, и антисептики, и антибиотики, сыворотка, даже стимуляторы есть.

Перебрав содержимое аптечки, он вынул оттуда три заранее наполненных шприца.

— Ну-ка, Полиночка, позвольте вашу руку!

Сказано это было исключительно для моральной поддержки — в нынешнем состоянии Полина не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Поэтому делать это за неё пришлось Сергею. Он закатал до локтя рукав её комбинезона, и Вольтер один за другим поставил ей в вену все три укола. Полина стойко выдержала эту процедуру, но на последнем уколе поморщилась, удивлённо посмотрела на Сергея, потом на свою обнажённую по локоть руку, крепко сжала пальцы в кулак и, похоже, удивилась ещё больше.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался у девушки Вольтер.

Она помедлила с ответом:

— Не знаю. Странное чувство.

— Попробуйте встать.

— Что вы такое говорите? — опешил Сергей. — Она же на ногах не держится!

Ещё больше он удивился, когда Полина вдруг без всякого напряжения поднялась на ноги.

— Доктор, что вы мне вкололи?

— Кое-что из арсенала спецназа. — Вольтер продемонстрировал ей найденную в лодке аптечку. — Пока мы были на вокзале, кто-то оставил здесь для нас весьма щедрый подарок.

Объяснение выглядело совершенно невероятно. Какой сталкер, будучи в здравом уме, оставит неизвестно для кого уникальную аптечку? Да и откуда взяться сталкерам на левом берегу? Однако Полина не стала задавать вопросов. Вместо этого она нагнулась, заглянула под сиденье и изумлённо воскликнула:

— Да тут и гранаты есть! Целых четыре! И ещё вот… — Она протянула Вольтеру туго закрученную армейскую фляжку.

Учёный тут же отвернул металлическую пробку и, задрав противогаз, сначала понюхал, а потом и сделал из фляжки большой глоток.

— Да ведь это спирт, — растерянно пробормотал он. Судя по выражению лица, предыдущая находка удивила его куда меньше. — Не самогон, а настоящий медицинский спирт! Но откуда?!

— Видимо, оттуда же, откуда аптечка и гранаты, — улыбнулся Сергей.

Вольтер настороженно оглянулся: может, искал того, кто приберёг для них это сокровище, а может, просто испугался присутствия посторонних. Беспокойство учёного передалось Сергею, но, кроме раскачивающейся на ветру стены камыша и увязшего в грязи трупа панцирного чудовища, он ничего не заметил. После таких находок внезапная смерть закованного в пуленепробиваемый панцирь гигантского монстра, которого Вольтер назвал черепахой, уже не выглядела такой загадочно невероятной. Сергей почти не сомневался, что чудовище застрелил из какого-то супероружия тот же таинственный незнакомец, который поделился с ними аптечкой, спиртом и гранатами.