Шрифт:
– Адрес какой? – деловито осведомился Скоробогатов.
Карим вынул бумажку:
– Заводская, дом четыре «А».
Глава 8
«Джип-Чероки» Александрова въехал во двор дома номер четыре «А». Дом был таким же кирпичным и серым, как все его соседи.
– Это здесь? – спросил Денис.
– Да, крайний подъезд.
Они вышли из машины и направились к подъезду. Александров набрал на домофоне номер квартиры, и после четырех-пяти гудков прозвучал хрипловатый женский голос:
– Кто?
– Регина, это Саня. Я с другом.
Женщина пробормотала что-то невнятное, потом спросила:
– Зачем?
– Вот тебе раз… – удивился Александров. – Повидаться хотел.
– Если по делу, говори! – отрезала Регина.
– По делу, по делу, моя красавица, по срочному. Да пусти же, что на улице держишь?
«…чертова баба»! – прибавил джинна уже про себя.
– Ладно, входи, – смилостивилась Регина.
Домофон запиликал, и Александров распахнул дверь.
В подъезде ощутимо воняло кошками.
– Она в самом деле специалистка? – с сомнением в голосе поинтересовался Денис, не решаясь прикасаться к засаленным перилам.
– Она видит немного и недалеко. И… витиевато. Но зато всегда точно, – отозвался Александров.
Они поднялись на последний этаж, и Александров позвонил в дверь. Звонок издал резкий, неприятный звук – такой пробудит от самого крепкого сна.
Дверь открылась, и на пороге появилась высокая рыжеволосая женщина в длинном желто-зеленом платье, напоминавшем сари. Сколько ей лет, сказать было очень сложно, могло оказаться от двадцати пяти до сорока пяти, по человеческим меркам.
– Здравствуй, дорогая. Пустишь? – вальяжно произнес Александров.
Хозяйка, выглядевшая заспанной и недовольной, молча посторонилась. Гости прошли в довольно грязную прихожую, заваленную всевозможным хламом: картонными ящиками, пустыми бутылками и даже автомобильными камерами.
По стенам, обклеенным обоями неопределенного цвета, были развешаны многочисленные фотографии котов, кошечек, котят разных размеров и окраса. На полу лежал коврик, а точнее – половик с рисунком из черных и бордовых кругов. Направо отходил небольшой коридорчик, из которого вели две двери: в ванную и туалет. Заканчивался коридорчик еще одной дверью – белой, с непрозрачным узорчатым стеклом. Она была закрыта.
– У тебя кто-то есть? – насторожился Александров.
Хозяйка бросила на него такой взгляд, словно он сказал небывалую нелепицу: ну кто у нее может быть?
Регина жестом пригласила гостей за собой в комнату.
– Обувь не снимайте, – шепнул Александров Денису.
– Она что, немая? – кивнул сатра в сторону хозяйки, забыв, что они только что разговаривали с ней по домофону.
– Просто молчаливая, – ответил джинна.
Комнат было две, и первая, большая, выглядела захламленней прихожей. Тут вдобавок ко всему высились груды поломанной мебели: спинки стульев, диванные подлокотники, ножки от стола, продавленные кресла с вытертой обивкой, ощетинившиеся пружинами. На вершине пирамиды из мебели сидел огромный рыже-черный котяра с длинными, толстыми, с гитарную струну, усами. Он таращил на незваных гостей круглые желтые глаза. У стены, под пологом, стояла кровать, и другой целой мебели здесь не было.
Вторая комната была поменьше. На входе висели привязанные к притолоке китайские колокольчики – от злых духов. Денис зацепил головой колокольчик и досадливо поморщился от звона: слишком банальной казалась эта штуковина. В комнате едва помещался разложенный диван-книжка, на удивление целый и даже относительно чистый – возможно, благодаря темной обивке – и узкий прямоугольный столик под окном. На столике веером были разложены длинные палочки, напоминавшие ароматические, по бокам стояли две прозрачные пирамидки, а посредине – что-то круглое, зачехленное, на подставке. Напротив дивана, куда хозяйка, опять-таки молча, усадила гостей, висела застекленная полка, до отказа забитая книгами, каких полно на любом развале или в магазине: народная медицина, диагностика кармы, гороскопы, тесты и даже «Клиническая психиатрия».
Заметив недоуменный взгляд Дениса, Александров тихонько пояснил:
– Регина раньше работала психологом в какой-то конторе. А теперь вот…
Встав напротив гостей, хозяйка скрестила руки на груди и замерла.
– Регина, – откашлявшись, начал Александров. – Ты знаешь что-нибудь про источники? Почему они погасли?
Провидица впилась глазами в сородича, а затем медленно покачала головой.
– А сможешь узнать? Нас интересует все: кто это сделал, зачем, как и чем все это кончится.