— Что ты делаешь? — поинтересовался отец.

— Посмотри! — возбужденно отозвался Салласин. — В земле под снегом! — Ниболанте наклонился. — Муравьи, — пояснил сын. — Это насекомые. Теперь Чинапо может снова завести ящерицу.

— Верно, — согласился Ниболанте.

— Пойдем искать ящерицу сегодня?

— Почему бы и нет? — ответил Ниболанте.

Он дождался, когда дети позавтракают, и отправился с ними к опушке. Там они почти два часа искали ящерицу, но так ни одной и не встретили.

— Не волнуйся, — утешил Ниболанте дочь. — Не нашли сегодня, попробуем завтра.

— Может быть, нам лучше разделиться? Тогда мы станем искать на большей площади, — предложил Салласин.

— Не хочу терять вас из виду, — возразил Ниболанте. — На горе много хищников.

— Они не поднимаются так высоко.

— Поднимаются, если очень голодны… Ладно, только ходите так, чтобы я вас все время видел.

— Хорошо, — согласился сын и направился влево.

Ниболанте взял дочь за руку и снова принялся заглядывать под камни и кусты. Каждую минуту-другую он всматривался и проверял, видно ли сына.

Они искали ящерицу почти полчаса, и тут Ниболанте услышал крик. Обернувшись, он увидел, как небольшое черное животное рвет тело сына острыми когтями, кусая его в шею и плечо. Он помчался к нему, вопя на бегу, и животное бросилось прочь с такой скоростью, что Ниболанте понял: догнать его он никогда бы не смог. Да он и не собирался его догонять. Салласин был весь изранен, истекал кровью и вот-вот мог потерять сознание.

— Не шевелись, не пытайся говорить, — велел Ниболанте. — У меня при себе нет ничего, что могло бы остановить кровь. Все лекарства на корабле. Я тебя туда отнесу.

— Я остерегался только львов и леопардов, — прошептал Салласин.

— Помолчи. Не трать силы.

— Это был барсук, — сказал Салласин и потерял сознание.

Ниболанте нес сына так быстро, как только осмеливался, он понимал, что Чинапо не поспеет за ним, если он прибавит шагу. И когда он добрался до корабля, дыхание сына стало едва заметным.

— Марбови! — крикнул он, подбежав к люку. — Беда! Скорее неси аптечку!

Жена уже ждала его, когда он вошел и положил сына на стол. Она не спросила, что произошло. Бросив единственный взгляд на сына, она повернулась к Ниболанте.

— Он мертв, — угрюмо проговорила она.

— Всего минуту назад он еще стонал.

— Он мертв, — повторила она. — Он не дышит.

Ниболанте попытался нащупать пульс, но не смог.

— Он так и останется мертвым? — спросила Чинапо.

— Да, — ответила мать. — И он лишь первый. Эта планета убьет всех нас.

— Он его не заметил, — пробормотал Ниболанте. — Это было такое маленькое животное.

— И ты его тоже не заметил, — сказала Марбови. — Но разница в том, что ты должен был его увидеть. — Она ненавидяще взглянула на мужа. — Ты и эта планета убили моего ребенка. Уходи и до обеда не возвращайся. Видеть тебя не могу!

Ниболанте хотел что-то сказать, но передумал и вышел на ледник, терзаемый чувством вины. Едва он оказался снаружи, люк за его спиной захлопнулся.

— И зачем? — пробормотал он. — Я ведь не собирался возвращаться прямо сейчас.

Но, едва вымолвив это, он понял, что жена запускает двигатель. Он помчался к люку и забарабанил в него.

— Что ты делаешь? — завопил он.

Разумеется, она не ответила. Через несколько секунд корабль взлетел, и Ниболанте понял: тот никогда больше не сядет на Землю.

Он обвел взглядом ледник. Оружие осталось на корабле. И любая защита от холода тоже. И все лекарства.

Он задумался — не спуститься ли с горы в одну из деревень, но он еще не был готов умереть, а наблюдения по поводу доброжелательности людей не внушали ему оптимизма. Впрочем, это мало что значило. Он остался один на чужой планете — последний из своего народа.

Ниболанте побрел по льду, высматривая укрытие от поднявшегося ветра и гадая, сколько дней он протянет до того, как станет второй жертвой на этой чужой горе.

— Я себя ощущаю каким-то бесполезным, — сказал Рэй Гловер. — Да, это сказочное открытие, и мы, наверное, разбогатеем, возможно, даже станем знаменитыми, но факт есть факт — я звукооператор фильма о покойнике.