– Молодец, – одобрительно крякнул воин, – не повезло тебе, парень. Но ты не унывай. Судьба переменчива. Взгляни на меня. – Даний поднял глаза, и наемник беззлобно подмигнул правителю. – Два раза был повешен…

Мужчины, как всегда занятые борьбой друг с другом, позабыли о Франгиз. А она с самого детства была на диво легконога…

Она осторожно отступила в темноту, страшась лишь одного: что споткнется, и эти каменнолицые высокомерные люди помешают ей осуществить свое намерение. Франгиз медленно, почти не дыша, сделала несколько шагов к балкону, коснулась стены, нашарила рукой перила… Господь Единый, не оставь меня! Женщина зажмурилась и рывком перекинула через перила свое легкое тело.

Короткий крик-стон…

Ритул метнулся к окну. Стены дворца оплетал густой дикий плющ, прижатый падением тела, но как ни вглядывался удр, больше ничего нельзя было рассмотреть в темноте. Он вернулся, стараясь не встречаться взглядом со связанным.

– Жена правителя, – произнес он тихо и веско. – Кто еще не умеет умирать – учитесь.

Дверь, ведущая из спальни правителя в коридор, вдруг вздрогнула и почти прогнулась от мощного удара. Было похоже, что кто-то ударился в нее всем телом… крупным телом.

– Кто?! – недовольно рыкнул Ритул.

– Тень, – прохрипели в ответ. Удр откинул засов, и в спальню свалился воин из его отряда. Он был белым от ужаса – Ритул заметил это даже в темноте. Похоже, по дворцу правителя бегал оживший мертвяк. Или парочка вервольфов – что еще могло напугать наемника, который ел с меча с девяти лет и как-то в далеком южном походе на спор помочился на здоровенного спящего удава… Правой рукой воин зажимал рваную рану в боку. Сквозь пальцы сочилась темная кровь и тяжелыми густыми каплями падала на пол.

– Что случилось? – спросил Ритул. – Разве кто-нибудь из стражи остался на ногах?

Воин что-то прохрипел. Ритул наклонился, пытаясь разобрать невнятный шепот умиравшего.

– Не стража… Собаки. Кто-то впустил собак… – В уголках белых губ запузырилась кровь. – Они огромны, Ритул…

Даний вскинул подбородок и с вызовом взглянул на удра:

– Их здесь ровно пять десятков, – тихо, без выражения произнес он, – и каждый пес натаскан на двуногую дичь.

Ритул встряхнул раненого.

– Где остальные?

Тот мотнул головой. Смертный туман уже окутывал гаснущий мозг, и голос Ритула пробился к сознанию с трудом.

– Остальные… – костенеющим языком пробормотал он, – Трейд и я… и еще раб… повар… Других…

– Говори!!!

– Не отбиться… Они тоже воины… Слишком… хорошие… Сейчас будут здесь! – С этими словами наемника покинули последние остатки жизни, и он тяжело обвис на руках у Ритула.

Ритул стремительно подошел к двери и выглянул в коридор. В мрачном свете факелов он увидел картину, которой суждено было преследовать его до конца жизни.

Пол был залит кровью его воина. Стояла жуткая тишина. И вдруг ее нарушил негромкий звук: стук когтей по каменным ступеням… бессчетного множества когтей.

Чудовище вынырнуло из бокового прохода и беззвучно ринулось к Ритулу, на него. Оно было действительно огромным, раза в полтора превосходило всех виденных Ритулом собак. Удр не успел рассмотреть чудовище, он увидел лишь громадные широкие лапы, ошейник с торчащими железными шипами и круглые холодные глаза убийцы.

За первым чудовищем в коридор вымахнуло второе, и Ритул понял, что псы взяли след и сейчас соберутся здесь. Все пятьдесят… или сколько их там осталось после схватки с его отборными людьми, уничтоженными этими тварями почти полностью… Сколько? Да какая разница?! И одного больше чем достаточно!

Ритул едва успел захлопнуть двери и наложить засов. Он инстинктивно прижал створки спиной и… чуть не отлетел на середину комнаты. На дверь обрушился удар такой силы, что массивные кованые петли шевельнулись в стене.

Ритул обернулся к связанному правителю:

– Прикажи этим демонам убраться! Иначе я выкину им твою голову.

Даний даже не попытался скрыть усмешки:

– Приказать я могу что угодно, но псы не послушают меня. Они – идеальные воины и знают лишь один приказ – убивать. Убивать чужаков. Они охраняют не меня, а свою землю, удр. Чтобы выйти отсюда, тебе придется убить их всех. Потому что они не отступят.

За дверью слышалось ворчание, лязг железных шипов о камни стен, сдавленный рык.

– Не думаю, что они сообразят выбить дверь, – предположил воин Ритула, тот самый, два раза повешенный. Он был бледен. – Тень Орла собирался войти в порт еще до рассвета. Нам нужно всего лишь продержаться до восхода солнца.

Он не успел договорить – дверь вздрогнула от нового мощного удара. Впрочем, он был слабее первого. Псы Дания были идеальными воинами, но двери отпирать не умели.