– Ешь, не стесняйся, – пригласила Татьяна Степановна, усаживаясь в кресло. – Вот только хлеба у меня нет. На диете сижу...

– А вы? – спросил Филатов, чувствуя, что ему не справиться и с десятой частью этих яств.

– Я не ем после шести вечера. А вот выпить не откажусь.

Она взяла со стола бутылку, ловко откупорила ее и разлила в большие фужеры. Подняв один из них, Татьяна Степановна произнесла:

– Ну, что ж, Юрий, будем знакомы!

– Будем...

Пригубив, хозяйка и гость поставили фужеры на стол.

– Так, зачем ты пожаловал в наш шальной город?.. За «журавлем в небе»?

– Да нет, Татьяна Степановна, не за этим. Я сам, можно сказать, москвич, правда последнее время чувствую себя здесь, как в чужом городе.

– Ты знаешь у меня те же мысли. Я после того, что произошло, долго не могла оправиться. Думала, повешусь. Ты не представляешь, как я переживала! А когда намекнула, что хочу уйти, мне пригрозили, что не получится, дескать, документация не вся, а это подсудное дело. Я, если честно, испугалась тогда еще больше. После того, что устроили эти бандиты, в самом деле пропали многие документы. Они тогда вывозили все пачками, а меня просто заставили вскрыть сейф с личными делами всех сотрудников.

– А моим делом никто не интересовался? – неожиданно спросил Филатов.

– Так ты за этим пришел? – разочарованно отреагировала Татьяна Степановна.

– Ну, что вы, нет. Но...

– Да мы на тебя еще не успели ничего завести, даже договор составить не успели. Ты-то у нас всего несколько дней проработал, – ехидно усмехнулась Татьяна Степановна. – Можно сказать, ты у нас удачно спрыгнул.

– Ясно, но все-таки я пришел за другим. Поймите меня правильно. Татьяна Степановна, я вам не могу всего говорить и надеюсь, что наш разговор останется между нами. За вашим шефом стоит известный криминальный авторитет Аганесян. И фирму вашу элементарно захватили. Таких захватчиков сегодня называют рейдерами. Они ищут слабые места у фирм, подгребают под себя, а потом распродают. Людей, естественно, выбрасывают на улицу.

– Да, я слышала в прессе. Они захватывают здание, а потом продают его. Если я не ошибаюсь, рядом строится большой торговый комплекс и, если логически рассуждать, наше здание просто мешало им осуществить грандиозные планы.

– Вы умная женщина. Однако, мне кажется, не так все просто. На мой взгляд, Аганесян через своих подставных лиц не только хотел захватить ваше здание, но и использовать уникальное производство в своих целях.

– Что ты имеешь ввиду? – спросила Татьяна Степановна.

– А как вы думаете, что может принести сегодня максимальную прибыль, если имеешь под рукой такое оборудование, как у вас?

– Не может быть! – закрыв рукой рот от удивления, пробормотала Татьяна Степановна. – И это же в центре Москвы, как это вообще возможно?

– Возможно и еще как! Такие прецеденты в России уже имеют место. И поверьте – это очень удобно рейдерам. Представьте себе, кто заподозрит, что в здании НИИ делаются наркотические вещества?

– Ну, хорошо, – недоумевала Татьяна Степановна, – но есть же проверки, надзор в конце концов, у нас всегда с этим строго было – по нескольку инспекций в год! Я всегда удивлялась, как мы это все проходили.

– Поверьте, для таких людей, как Аганесян, преград не существует! Чиновники подкупаются, а тот, кто много знает, просто устраняется.

– Ужас, – произнесла Татьяна Степановна, – куда я вляпалась!

– Да не переживайте, – начал успокаивать собеседницу Филатов. – Из любой ситуации можно найти выход. Но в данном случае надо действовать очень быстро, иначе это все может очень плохо закончится.

– И что же делать? – озабоченно спросила Татьяна Степановна.

– Нужно найти что-либо, компрометирующее новых хозяев. Ну, не знаю, какие-нибудь документы, их связи с криминальным миром. Тут любое случайно оброненное слово может многое сыграть. – На несколько секунд Филатов задумался, а потом продолжал, – это могут быть и бухгалтерские документы, какие-нибудь непредусмотренные законом траты.

Внимательно выслушав Филатова, Татьяна Степановна поднялась из-за стола, подошла к журнальному столику, где лежала пачка сигарет, достала оттуда сигарету и закурила. Филатов наблюдал за этой женщиной, как она медленно втягивает в себя дым. О таких говорят, что курить им идет, – подумал Филатов.

– Ничего, если я немного подумаю? – неожиданно спросила Татьяна Степановна.

– Конечно, я не требую от вас ничего. Но, поверьте, это может здорово помочь нам всем.

– А где гарантия, что вы не подставной человек того же Аганесяна? Может, это проверка такая? – выдохнув табачный дым, нервно улыбнулась собеседница Филатова.

– В таком случае, Татьяна Степановна, разговор между нами окончен. Если вы думаете, что я буду искать каких-нибудь оправданий своей позиции, то скажу прямо – у меня их попросту нет, как и нет времени разговаривать по пустякам.

Наступила неловкая пауза. Казалось, что каждый из собеседников думал о своем, и какое-то неуловимое напряжение между ними должно было логически завершиться. Однако Татьяна Степановна почему-то никуда не спешила, она также медленно, как и прежде, докурила сигарету практически до самого фильтра и, затушив сигарету, наконец нарушила молчание: