Однако переданное сообщение не поколебало полковника Олега Трофимовича Алфеева – старого вояку, отмотавшего в спецназе уже тридцать пять лет и имевшего за плечами сотни раскрытых дел по наркотикам.

– Да пошло все к черту с этой гребаной погодой! – заметно нервничая, ответил Алфеев. – Мы их почти дожали, и что, будем теперь возвращаться?

Один из сержантов одобрительно кивнул своему командиру. Однако все остальные приняли решение полковника молча – в подразделении Алфеева не принято было обсуждать приказы. Каждый из сидящих здесь спецназовцев подумал примерно одно и то же – начальству виднее, а они исполняют свой долг.

Алфеев знал еще по Афгану и Чечне, что наркодилеры – это не мальчики, которые не знают, что творят. Это серьезный противник, который к любой операции готовится тщательно, а, попадая в сложные ситуации, всегда имеет пути для отхода.

Алфеев вспомнил, как год назад его группа при задержании наркоторговцев сама попала в засаду. Несколько фур из Казахстана, перевозивших хлопок, были буквально нашпигованы травкой, и тогда, когда казалось бы операция завершилась успешно и фуры были отправлены на экспертизу, автомашины были обстреляны неизвестными наркодельцами, которые попытались отбить у спецназа дорогой товар. Только после часового боя удалось сломить сопротивление торговцев, но страшной ценой – трое братишек Алфеева сложили тогда свои головы.

«Хуже всего недооценить противника, – подумал полковник Алфеев, вспомнив трагический эпизод, и еще больше разозлился на вертолетчиков за то, что они мешают ему провести операцию. – Вот если бы под рукой была еще одна вертушка, да и людей побольше, – с досадой подумал Алфеев, – все было бы по-другому. А так ищи иголку в стогу сена!»

Однако ни просьбы летчиков, ни погодные условия не поколебали полковника. Он верил фактам. А факты – это упрямая вещь. Наркодельцы были замечены на территории района, после чего заработала операция «Перехват» – по всем дорогам милицейские посты.

«Впрочем, – подумал Алфеев, – это не гарантирует надежности и может быть по-настоящему слабым звеном в затеянной операции». Район, как и всю страну, сотрясали дела об «оборотнях в погонах», что заставляло бывалого спецназовца с осторожностью и опаской относиться даже к своим коллегам.

Алфеев не доверял милиции, зная, что они падки на деньги и среди них немало тех, кто с большим удовольствием поможет наркодельцам скрыться.

«А кто-то под прикрытием погонов спокойно показал бандитам объездные дороги, а может быть, сейчас корректирует их движение по району? – размышлял полковник. – И все же в органах ублюдков единицы, правда, их работа и добавляет проблем нормальным людям».

Вот Кудрин наверняка другой, идейный. Алфеев это чувствовал по жестам и знакам, разговору. Обычно настоящие профи неразговорчивые. Он и сам подбирал таких, чтобы трепались поменьше. Но и молчунов Алфеев тоже не любил – кто знает, что у них за душой и что они думают о своем начальнике, когда тот принимает решение.

В госте из Москвы не было ни столичного апломба, ни понтов. Видно было, что для москвичей проходящий через Рязанщину груз был очень важен, и они отправили сюда своего человека, не доверяя местным.

«Они вполне правы, – подумал Алфеев, – я бы и сам никому ничего не доверял. Вот только есть одна проблема, – усмехнулся сам себе полковник. – Никто сегодня не хочет делать черновую работу, а ее надо кому-нибудь делать».

В этот момент Алфеев вспомнил, как Кудрин выбивал вертолет для операции. В местном спецназе, который представлял Алфеев, своей техники не было. Пришлось заимствовать у местной воинской части, а это всегда сложно. Раз в три месяца, если военные и отжалеют, то, уже считай, что добился, слава Богу.

Кудрин же поставил перед начальником части ультиматум и выбил таки «Ми-8». Обычно уговоры не действуют, но авторитет представителя московского МУРа сыграл свою роль – местные вояки в течение часа подняли вертушку в воздух.

Поначалу Алфеев отнесся к информации из Москвы с подозрением, но потом понял, что бочки на своих коллег из столицы катит зря – ребята за операцию взялись серьезно, автономно от рязанских коллег из милиции, поручив им только проконтролировать основные магистрали.

Алфеев уже знал о реакции местного начальство – дескать, приехали и растревожили и без того неплохой район. «Пусть задницу свою подымут, – удовлетворенно подумал полковник. – Это им полезно».

И все же за несколько часов работы результат был нулевой. Алфеев нервничал сам и косился на Кудрина, замечая, что и тот начал терять терпение. Но все было объяснимо – в десяти километрах от районного центра перевозчикам наркоты было куда спрятаться – несколько развилок, одна из них на областной центр, несколько проселочных дорог, ведущих в лес. Если дело затянется, у спецназовцев просто не хватит людей. Но в этот момент все напряженно всматривались вниз, на одну из забытых Богом деревенских дорог, которая выводила на заброшенную ферму некогда цветущего колхозного хозяйства.