— Оружие есть?

— Я не имею дурной привычки таскать с собой железо, — изобразил вспышку гнева советник. Султан же молча расстегнул пуговицы на пиджаке и распахнул левую полу: под мышкой в кобуре, пошитой из добротной оленьей кожи, висел мощный автоматический пистолет Стечкина, оружие, наиболее распространенное в этих краях.

Боевик, довольный тем, что гость не стал делать резких движений, протянул руку и, отстегнув клапан, вытащил тяжелый «АПС». После чего уважительно произнес:

— Солидная вещь.

— Подарок друзей, — снисходительно ответил Варвар.

— Еще оружие есть?

— Ищи, — Султан будто нехотя поднял руки вверх. Боевик не стушевался, сунув Стечкина за пояс, быстро и профессионально обыскал гостя. Затем наступила очередь линейного локатора, но и он ничего не обнаружил.

— Проходите в дом, вас там ждут, — наконец проговорил боевик. Араб, неподвижно стоявший в дверном проеме, шагнул вперед и отошел в сторону.

Дом изнутри оказался традиционной саклей: одна большая комната, вмещавшая и кухню, и спальню, и гостиную. В ближнем углу стояла печь, единственное строение, сложенное из огнеупорного кирпича, а не из подручного «дикаря». В центре — потемневший от времени стол неопределенной формы, не квадратный, но и не ромбовидный. С двух сторон стола стояли две недлинные, неширокие лавки, а в дальнем углу примостился лежак, покрытый старой полуистлевшей пастушьей буркой. Вся эта нехитрая мебель была плохо вытесанной и грубо сколоченной. Чувствовалось, что прежний хозяин этого жилья не барствовал.

В дверном проеме Султану Дадышеву, чтобы не стукнуться лбом о притолоку, пришлось наклонить голову.

— Мир вашему дому, — согласно обычаю, переступив порог, проговорил полковник.

— И вам от врагов горя не знать, — ответил в тон сидевший за столом мужчина. Они встретились взглядами, оценивая друг друга.

Варвар, тщательно и подробно изучивший все материалы, полученные от Крутова, мгновенно узнал Удава. Бывший офицер афганской армии даже не думал менять внешность. В конце концов, это была его «торговая марка», или, сказать вернее, визитная карточка. А искусством перевоплощения он владел почти виртуозно. Почему почти? Да потому, что в мире ничего идеального не существует.

Абу Юсеф пытливо смотрел на гостя, пытаясь определить, так ли хорош этот опальный спецназовец или слухи о его крутизне сильно преувеличены. Два взгляда, как два тяжелых клинка, скрестились. Султан видел перед собой обычного боевика, неплохого воина, волей судьбы попавшего в список лидеров мирового терроризма. Монстра, способного запугать полмира, он в упор не наблюдал.

Удав, в свою очередь, в больших темных глазах полковника ничего разглядеть не мог — ни страха, ни хотя бы настороженности. Получалось, что его поведение являет собой вовсе не безумную храбрость, это обычное природное состояние. Если афганец считал себя Удавом, сильной и мудрой змеей, то вошедший был матерым волком, привыкшим получать то, что хочет, и даже если ему суждено умереть, он не заползет в чащобу, чтобы издохнуть, а погибнет в бою.

«Если это враг, то крайне опасный», — подвел черту своим размышлениям Абу, но все же окончательного мнения о госте сложить не смог. Указав на свободную лавку напротив, произнес:

— Проходи, садись.

Султан сел за стол, положив перед собой руки, оканчивающиеся большими кулаками с набитыми костяшками. Стоявшему позади полковника Тимуру Вакаеву места за столом не нашлось и он отошел в глубь комнаты. Остановившись возле топчана, двумя пальцами брезгливо зацепил край пыльной бурки и отбросил к стене, присев в своем дорогом костюме на краешек лежака.

Передвижения советника не укрылись от Султана. Он глянул за спину Удава, и опытный глаз спецназовца выхватил одну немаловажную деталь. Каменный пол в заброшенной сакле оказался не только подметен, но и тщательно вымыт, хотя на столе и на лавке лежал слой пыли. Нонсенс, над которым могли бы долго ломать голову непосвященные, но командиру «Конана» хватило беглого взгляда. «Пытаются скрыть следы, что топчан передвигали. Зачем? Элементарно, под ним скрыт лаз в подземелье. Потому-то это пресмыкающееся чувствует себя в безопасности».

Поняв психологию противника, волей-неволей начинаешь ощущать над ним превосходство, потому что можешь предугадать его последующий шаг, принять контрмеры.

— Для начала у меня всего один вопрос, — прервав напряженность, буквально витавшую в воздухе, начал Абу Юсеф. — Это правда, что, даже несмотря на длительное отсутствие, твои люди пойдут за тобой?

Варвар заранее был готов к этому вопросу, Тимур Вакаев задал его накануне вечером, на что получил соответствующий ответ: «Разве на именинах Кобры ты этого не заметил?» Сейчас Султан ответил по-другому: