— На пришельцев, — она крикнула это болезненным, затравленным голосом, похоже с моим появлением у неё началась истерика. — Потом она закричала, нет стой, Алексей останови его, если он доберётся до баз прольются реки крови, останови…

Но видно её уже оттащили в глубь квартиры. Алексей закрыл дверь со словами: “Ну чё тебе здесь надо? Ей и без тебя плохо, вали давай, вали, вали”.

Похоже обо мне рассказали много нелестного, надо было ретироваться, только куда? Ключа от своей квартиры у меня конечно не было, я его никому и не доверял, а открыть подручными средствами мою обычную для современной Москвы стальную дверь было не возможно. Проанализировав обстановку, учитывая пропаганду средств массовой информации я пришёл к выводу, что единственный человек, который может меня послушать и возможно реально поможет, это мой извечный фанат Саня. К нему я и направился. Идти до него было пол часа пешком, не слишком далеко. Саня сидел дома и пил с отцом, матери и сестры не было.

— Привет Сань, а где твоя мамка с Ленкой.

— О здорова Серёг, ты где три месяца пропадал? Дома не было и вообще не слуху не духу, только Иркина мать чёто лопотала про мобилизацию и звёздные войны.

— Ну занят был… Так что с матерью и Ленкой?

— А мы с папой отправили их на дачу в Ельню, там наверно безопаснее, чем здесь, вдруг какой-нибудь ядерный удар?

— Понятно… Слушай Сань мне позарез нужна твоя помощь, причём срочно, дело государственной важности.

Пётр Сергеевич, отец Сани сразу насторожился:

— А что за дело, только честно Серёж?

— Не могу вам сказать, но нужны деньги и машина.

— Знаешь что? Мы тебя уважаем, но ты пойми правильно, у меня семья, сын балбес, жена с дочкой, а слышал ты там серьёзными делами на правительственном уровня ворочал, причём не с теми, кто сейчас в Кремле сидит, так?

— Так, — врать не хотелось, да и не поверили бы, пришлось подтвердить.

— Ты бери мою машину, у неё запас хода побольше будет, чем у Санькиной, вот те 500 баксов на дорогу, но учти, если что. Ты пришёл, попросил, я дал, чем ты там занимаешься я не знал, и знать не хочу.

— Знаешь Серёг, а я верю что ты прав, и что если ты доберёшься до них, ты одной дивизией всю Россию покоришь, я смотрел много твоих боёв, каждый раз, каждый твой шаг, до сих пор для меня неожиданность я верю, у них против тебя нет ни малейшего шанса на победу, слышишь ни малейшего шанса, — глаза Саньки просто светились обожанием, его отец улыбнулся.

Я поблагодарил, и на такой ноте мы расстались, я даже чай у них не попил а раньше часто угощался. Прямо с порога отправился в гараж. А в 18–30 уже гнал во весь опор на только, что подзаряженных генераторах на восток. Хорошо, что у Петра в гараже было система автономной подзарядки и питания. Удивительно, но не смотря на информационные сводки об ожесточённейших боях в Сибири, в городе не был введён комендантский час, и мою машину никто даже ни разу не остановил. Все свято верили, что иноземные захватчики так сильно отличаются от них, что среди людей их быть не может. Никаких проверок, никаких блокпостов и контроля. Так же все верили в скорую победу, мы наступаем, мы побеждаем, множество баз врага уже уничтожено.

Запас хода моей машины 220 км, скорость 140 км\ч не очень впечатляет. И не надо быть гением, чтобы догадаться, что минимум раз мне придётся пройти полную подзарядку. Во первых это минимум час, во вторых негде. Аккумулятор машины интегрированный, и весит 200 кг запасной не положишь это тоже понятно.

Мне повезло, когда я нашёл первую работающую станцию моя батарея уже почти сдохла, а до цели оставалось 180 км. Если учесть, что это была вообще единственная работающая станция за 200 км пути, и встретилась она мне именно в конце, не в Москве, где всё было закрыто, и все боялись, что в любой момент начнутся уличные бои с пришельцами, и не на окраине, где всё просто не работало, безо всякой причины. А именно за 200 км от столицы. Было уже 20–00, по местному времени 21–00. Перезарядка должна была занять час и у меня было время посидеть в пустом кафе, при зарядочной станции и выпытать у обслуживающего персонала в лице одного старичка ситуацию на дороге.

— Ну и что вы думаете о революции и пришельцах?

— Брехня это про пришельцев полная.

— Как так?

— Ну ты вот сам подумай малец, почему западные страны ни нам ни пришельцам не помогают? Зачем пришельцам космодром и заводы на нашей земле строить?

— Ну..

— Просто военные рвутся к власти, а в таких зонах как космодром там военных то раз два и обчёлси, там я слышал одни роботы всё охраняют, вот не согласился какой-нибудь верный отечеству офицер сдаваться, приказал целой армии роботов сражаться, вот и не могут его оттуда выкурить.

— А почему же не пришельцы то?

Дедушка мне нравился, мне хотелось вызнать причину его веры в нас.

— Да у меня внучёк там работает, писал что они там фантастические корабли для земли собирают, чтоб с пришельцами воевать, так что юнец ты не думай, вот там как раз настоящие патриоты и сидят, а в Кремле одни сволочи.

Оптимизм дедушки поднял моё настроение, а ещё я узнал, что дед две вспышки далеко на востоке видел. Значит на космодром 1 тоже водородные бомбы сбрасывали. Это плохо, значит там всё заражено, долго находится в той зоне нельзя, наверняка всё порушено и оборона сильно ослабла.

— А в том направлении танковые колонны не проезжали по шоссе?

— Проезжало да сколько… Ох и бедные служивые, на обычной технике, там же поди всё заряжено, да и охрана космодрома наверно не обычное оружие имеет. Жаль только, что побьют видно учёных наших.

— А почему побьют?

— Ну молодец, ну сам подумай, что может пара тройка лабораторий да заводов, пусть даже с охраной супротив мощи целого государства. Карта тех, кто президента поддерживает заранее бита.

В 22–00 я отправился дальше в 23–00 примерно в 50 км от цели наткнулся на блокпост, из трёх БТР-ов и двух танков. Здоровый военнослужащий в форме подошёл ко мне и сообщил, что дальше начинается зона военных действий и гражданским нельзя. Я представился журналистом, предложил ему 500$ за проезд, но он послал меня куда подальше, взятку не взяв, но и не арестовав. Пришлось развернутся и проехать с километр назад, поворотов на шоссе не было и я не хотел, чтобы они меня видели.