— Место, где находилась Троя, — это холм, в котором наслоились девять городов. Девять культурных слоев, которые возникали в течение веков. Мифический Илион относится к шестому и седьмому слоям. Во время раскопок шестого слоя Эдвард упал с высоты в несколько метров. Во всяком случае, он так говорит.

Я съел несколько кусочков жареного мяса и налил себе чаю.

— Похоже, вы не очень убеждены в этом.

— Чтобы упасть с того места, какое он нам описал, и так, как он рассказывает об этом, ему нужно было бы быть выше сантиметров на пятьдесят. Мужчина ростом в метр семьдесят не свалится через стенку в метр двадцать, если ему в этом не помогут.

— Вы думаете, что его столкнули?

— Да. Но он и мысли такой не допускает. Мы пытались связаться с ним три года назад, когда доктор Лешоссер начал свои поиски. Тщетно. Он не желает ни слова говорить о том, что сумел обнаружить во время своих раскопок.

— И… вы его не заставили?

— Доктор Лафет, пытки не входят в перечень моих методов.

— В отличие от шантажа.

Не реагируя на мой выпад, он налил себе вина.

— Следы к гробнице Ахилла остановились у двери Тула. Вам предстоит пройти по ним и узнать об этом побольше.

Амина деликатно вытерла руки салфеткой и взяла из корзинки фрукты.

— Почему же вы ждали так долго, чтобы продолжить поиски?

— Я вам уже сказал, доспехи Ахилла — только один элемент пазла, причем не главный. Гелиос — человек терпеливый, он умеет ждать подходящего момента, чтобы возобновить прерванную работу.

— Подходящего момента для разбоя, — насмешливо сказал я.

— Безусловно. И этот случай представился.

— А если профессор Тул откажется сказать нам то, что ему известно, даже если он действительно что-то знает?

Гиацинт протянул бокал в мою сторону, потом коснулся губами его края.

— Он расскажет, — заверил он. — Не ради вас и не из страха перед Гелиосом, но потому, что ему, как мне кажется, трудно будет остаться безразличным к судьбе ваших друзей. Он не допустит, чтобы женщина и подросток рисковали своими жизнями, и попытается хотя бы предостеречь их, рассказав о том, что их ждет. И эта информация может оказаться очень полезной для нас, доктор Лафет.

— Вы отвратительны…

Гиацинт лишь улыбнулся и протянул мне кожаную барсетку:

— Здесь вы найдете кредитную карту и наличные деньги. Еще есть вопросы?

— С кем мы войдем в контакт? — спросил я.

— Ни с кем. Если потребуется, мы сами свяжемся с вами.

— И кто же будет нашим новым ангелом-хранителем, если вы отказываетесь?

— Считайте, что у вас его больше не будет. Теперь вы все знаете, вы согласились на сделку, и вам придется выкручиваться собственными силами.

— Понятно. А если наши преследователи снова нападут на нас?

— Я не говорил, что эта миссия безопасна. Впрочем, к слову сказать… Если они снова возникнут и начнут угрожать вам, доктор Лафет, Гелиос предпочел бы, чтобы они не смогли ничего унести. — Он протянул ко мне раскрытую ладонь, но я сделал вид, что не понял его жеста. — Меч и кинжал, которые лежат у вас в рюкзаке, прошу вас. У меня они будут в большей безопасности.

Ганс пробурчал какое-то ругательство. Амина стиснула зубы, а я нехотя подчинился.

— Я ждал, когда вы потребуете их у меня, — выдохнул я.

Он взял драгоценные предметы и вышел из комнаты, наверное, для того, чтобы спрятать их в какой-нибудь сундук или другое укромное место. Теперь я больше не буду чувствовать меч на…

— А это что означает? — спросил я, обнаружив пистолет, лежащий в глубине кожаной барсетки, которую я держал в руках.

— Стопроцентный углерод, с боеприпасами, — сказал Гиацинт, беря у меня оружие, чтобы оттянуть предохранитель и спустить его с сухим щелчком. — Стреляет при помощи сжатого воздуха. — Он выстрелил в толстую подушку, мы все трое подскочили. — Действует на расстоянии пятидесяти метров и не улавливается ни одним детектором. Настоящее маленькое технологическое чудо.

Он протянул его мне, я с отвращением взял.

Частный самолет нашего нового спонсора доставил нас в Стамбул, откуда мы на такси переправились в Чанаккале, в отель «Троя», где нас ждали забронированные комнаты. Каждая комната носила имя какого-нибудь мифологического троянского героя. Моя — шутка Гиацинта? — называлась комнатой Патрокла, верного соратника Ахилла, комната Амины носила имя Елены, а Ганса — Гектора. «Троя» была маленькой туристической гостиницей, без особых претензий, наверняка ее выбрали, заботясь о том, чтобы мы были подальше от глаз людских, и Ганс после перелета на роскошном реактивном самолете не скрывал своего разочарования: